Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 77)
– Обыкновенный человек не смог бы исполнить этот трудный танец с таким совершенством! Я слышал, среди небожительниц многие славятся умением танцевать танец с мечами; вы не из их числа?
– О нет! – ответила Сим Ё Ён. – Просто на западе, где я жила, любят шутить над воинами, вот я и выучилась исполнять этот танец; где ж тут быть волшебному искусству небожительниц?
– Я хотел бы, – сказал Воль-ван, – чтобы вы научили этому танцу наиболее искусных кисэн из моего дворца!
Ё Ён поклонилась, дав этим понять, что она выполнит просьбу.
– А чем порадуете нас вы? – обратился ван к Пэк Нын Пха.
– Я уже говорила, что провела детство у рек Сяо и Сян, где жили Э-хуан и Нюй-ин[78] из храма Хуанлин. В тихие вечера, когда засыпает ветер и восходит светлая луна, с неба доносятся звуки пибы[79], на которой они играют. Еще ребенком я с радостью слушала эту музыку и старалась подражать ей. Не знаю, понравится ли она вам.
Воль-ван оживился:
– Из древних книг я знаю, что Э-хуан и Нюй-ин играли на пибе. Но я никогда не слышал, чтобы их музыку перенял кто-либо из людей! Если вам знакома эта музыка, мы с удовольствием послушаем ее.
Нын Пха достала пибу и тронула струны – звуки были чисты, они словно печалились и тосковали; казалось, будто ручей журчит в горной долине, будто кричат журавли высоко в небе… Слушая ее игру, гости загрустили, слезы потекли из их глаз. Через некоторое время сами собой закачались травы и деревья, повеяло осенью, увядшие листья один за другим начали опадать с веток… Воль-ван был поражен.
– Я не верил раньше, что человеческая музыка может быть такой… Как это вам удается, что весна вдруг превращается в осень, сами собой опадают листья? Нет, обыкновенный человек не может создать такую музыку!
– Я всего лишь воспроизвожу творение древних, – возразила Нын Пха, – так что заслуги мои невелики! Этому может научиться каждый!
Тут к Воль-вану подошла Ман Ок Ён.
– Я не так талантлива, как госпожа Сим, но могу исполнить для вас на том же инструменте известную всем мелодию «Белый лотос». Вы позволите?
Она взяла пибу, изготовленную в стране Цинь, вышла вперед и тронула струны – зазвучала веселая песня. Ян Со Ю, Сом Воль и Кён Хон похвалили девушку за прекрасное исполнение. Воль-ван был тоже очень доволен.
Зять императора пьет штрафной кубок
Встреча Воль-вана и Ян Со Ю в парке Лэю прошла весело и интересно. День постепенно клонился к вечеру, темнело. Пиршество закончилось, гостей одарили шелками, затканными золотом и серебром. Воль-ван и министр, озаренные лунным светом, подъехали к воротам столицы. Послышался звон колокола. Кисэн наперебой кинулись вперед, их поясные украшения застучали, шпильки попадали под копыта коней… Стук копыт напоминал раскаты грома, в воздухе витал аромат. Жители столицы с удивлением взирали на эту картину, а седовласые старики утирали слезы и говорили:
– Кажется, будто мы снова молоды и видим, как император Сюань-цзун шествует со своей свитой во дворец Хуацингун. Тогда было точно такое же! Как странно: мы прожили долгую жизнь, и вот теперь снова довелось увидеть свою молодость!
Через некоторое время обе принцессы, Чин Чхэ Бон и Чхун Ун вместе с матерью министра и его наложницами уже были во дворце. Министр привел с собой Сим Ё Ён и Пэк Нын Пха и представил их матери и принцессам. Красавиц приветствовала принцесса Ён Ян:
– Министр любит повторять: «Успехам в битвах я обязан двум достойнейшим женщинам – госпоже Сим и госпоже Пэк!» Я очень жалею, что не знала вас раньше. Отчего вы приехали так поздно?
– Мы провинциалки и никогда до этого не бывали в столице, – ответили Ё Ён и Нын Пха. – Давно уже стремились мы увидеться с министром Яном, но боялись, что вы не простите эту дерзость. Поэтому мы и не смели приехать раньше. Мы слышали, что принцессы, жены министра, обладают достоинствами, описанными в песнях «Утка и селезень» и «Стройное деревцо»; разве могли мы без приглашения явиться к ним? Узнав о пиршестве в Лэю, мы решили принять участие в состязании кисэн, после чего министр осчастливил нас приглашением во дворец.
Принцесса, улыбаясь, сказала мужу: