Ирина Никулина – Тайна волхвов (страница 8)

– Ну ладно, – промурчал кот, смягчившись и, повозившись, залез ей на коленки. – Только недолго.

Был он огромный и с гладкой шерстью и такой теплый и живой, даже горячий. Аж дух захватывало. Когда первые лучи солнца осветили салон, оказалось, что шерсть у него черная, как смоль, глаза огромные и желтые, как у Серого, нос маленький и влажный, уши большие и с кисточками на конце, как у рыси. Был он такой на ощупь приятный, что Алиса обняла его, прижала к себе и тут же уснула, словно кот наслал на нее дрему. Может так оно и было.

***

Спала она недолго, как и предсказал кот, во сне видела себя летящей на мопеде в глубокой синеве ночного неба, выше звёзд, а впереди летел, размахивая хвостом, Лисий сын. Но сон прервался от тихой перепалки кота и Серого.

– Ну давно же просил санитарную остановку… – конючил кот, расхаживая по заднему сидению, при этом он нервно бил огромным черным хвостищем, сотрясая воздух, – старый я, мне надо.

– Я предупреждал столько колы не пить в дорогу, у меня скорость триста шестьдесят верст, как я тебе остановлю? – бурчал в ответ водитель, – Ты хоть и ученый, а все-таки кот.

– То есть ты меня тупым сейчас назвал? – зашипел кот. – Вот если бы не человек в машине, я бы тебе показал, где раки зимуют.

– Присоединяюсь к просьбе об остановки. – Тоненьким голоском напомнила о себе Алиса.

– Вот, пожалуйста… проснулась. А ведь сон то был прикольный. – Махнул головой кот.

– А ты откуда о моем сне знаешь?

– Та он слишком долго в древе жизни просидел, теперь в чужие сны лезет, паразит шерстистый… – почему-то разозлился Серый и снизил скорость. Машина словно приземлилась на асфальт и покатилась с обычной скоростью. Ощущение полета пропало. Стали видны высокие синие сосны, освещенные холодным голубым светом. Затем «девятка» совсем потеряла скорость, магия ушла из нее и в конце концов они остановились на обочине, где одна кривенькая тропинка вела прямо в сосны, высокие стражи леса.

– Девочки налево, мальчики направо, – скомандовал кот, задрал хвост и почему-то побежал налево.

– Лево-право путает. Что с него взять, животное, – усмехнулся Серый и обернулся к Алисе, – ты идешь или обеда будешь ждать? Пепелац взлетает через три минуты.

Алиса вышла во влажное осенне утро. Пошла по тропинке, собирая на босоножки крупные и голубоватые капли росы. Лес как будто спал. Нежная паутинка заплела ветки сосен, укрыла лес легким, почти невидимым одеялом. Может действовала магия утра, а может все события наложились сразу на ее уставший разум, но лес показался живым, а тропинка – входом в другой мир. Еще шаг и она попадет в тот самый мир-Пузырь, откуда явился Лисий сын и господин Соловьев…

– Порталы не открывать! – предупредил Серый, вышел из машины и закурил самокрутку. Зачем-то громко сказал: – Это можжевельник, а не табак!

И правда, запахло травами и совсем чуть-чуть табаком. А может, Алисе показалось. Она быстро вернулась из леса, но по дороге обратно увидела огромный красивый гриб такой мощный осенний боровичок, как на картинке, с желтым листом на шляпке.

– Ух ты… – руки сами потянулись к нему.

– Не трогай! – Взревел Серый и в один прыжок преодолел расстояние метров десять, не меньше. Грубовато схватил девочку, но тут же отпустил и приставил палец к губам. Только тут Алиса рассмотрела, что у него не ногти, как у человека, а черные звериные когти. – С ума сошла, это не гриб.

– А что это? – Алиса обошла подальше красивый грибок.

– Тварь какая-то из другого измерения, – пожал плечами Серый. – Ты когда шла туда, он был?

– Не был, – неохотно призналась Алиса.

– А сейчас взял и появился. Понимаешь, так не бывает с грибами!

– Да это обычный смаргл, – показался кот, демонстративно отряхивая лапы от росы, он прыгнул к грибу и обхватил его лапами. Тот как-то съежился и превратился в серую дымку. Кот втянул эту дымку в себя и виновато икнул. – Мне пойдет вместо завтрака.

Алиса вернулась в машину, желание задавать вопросы у нее пропало. Здесь был обычный лес, человеческий, с соснами и травой… Но магия была тут всегда, просто никто ее не замечал. Это было так удивительно, что все мысли в ее голове исчезли, стало легко и приятно.