Ирина Никулина – Лисёнок Ян и Кристалл Судьбы (страница 67)
— Довольно. Вы просите о невозможном. Я больше никогда не отдам кристалл ни тебе, ни кому-либо другому. Люди не виноваты в том, что произошло с ними, это наша вина, это моя вина! MIA KULPA!
— Да, вина наша, — сказал Ларсон, — но выбираться из всего этого им предстоит самим, а это весьма непросто. Люди слабы. Сколькими жизнями ты готов еще пожертвовать? Посмотри на них — матери хоронят своих детей…
— Люди справятся, я в это верю! Поднимется народная сила, все наладится, нужно только дать им время, — ответил Кливерт.
— Да! Ты совершенно прав! Время, которого у них нет! Сколько времени это займет? — спросил Смолл, наигранно разводя руками, — Годы? Десятилетия? Сто лет, двести, триста, четыреста? А я предлагаю сделать все здесь и сейчас! Мы просто вернемся к тому, с чего начали, как будто никогда и не было ничего этого. Мы все исправим во имя людей!
— Ты хочешь изменить время? — отшатнулся от него Кливерт, — Но этого нельзя делать! Растянуть время, сжать — все это допустимо, но повернуть время вспять, это запрещено!
— Потому что ты не знаешь, как это сделать, чтобы не навредить, а я знаю! Я нашёл и прочел древние руны. Ты ведь знаешь город Бодлиан? Там недавно была создана уникальная библиотека. Я был там! Две тысячи книг — я знаю ответ! Для этого нужно много, очень много энергии, а где ее взять? Ты только подумай, — говорил Смолл, — сверхновая звезда даст нам эту силу! Еще есть время и возможность все исправить. С помощью звезды и камня я верну все… Подумай, верну царский род, люди будут жить, как захотят, я откажусь от своих планов, царевич будет жить, его потомство сделает эту страну богатой и процветающей…
Они убедили его, но все, что говорил Смолл, было ложью. Смолл никогда не ездил в Бодлиан. Он даже и не планировал что-то спасать, напротив, замысел его был жесток и коварен. Все, чего он хотел — это отомстить: отомстить богам и всему человечеству за невозможность осуществить свои честолюбивые намерения, за то, что столько стараний пропало впустую, за то, что высшие силы не позволили ему взять верх над этими жалкими людишками, — за всё это предстояло их уничтожить. Это был бунт против Бога, кровавый и беспощадный. Он сам хотел стать Богом, но стал Демоном, уничтожающим все живое. Уязвленная гордыня порождала в нем дьявольские замыслы, и он решил уничтожить Московию, так и не сумев овладеть ею.
Кливерт передал Смоллу Кристалл, и в тот же миг небеса разверзлись: из прорванной бездны бешеные селевые потоки воды и глины, как цунами, хлынули на город, смывая дома и выворачивая с корнем деревья. Буквально в считанные минуты через город уже неслась быстрая, полноводная река из обломков, грязи и воды, увлекая за собой людей, животных, переворачивая телеги, опрокидывая заборы и сараи, сметая все на своем пути.
— Не доставайся же ты никому! — с обезумевшим взглядом кричал Смолл.
Кливерт изменился в лице. Он понял, что Смолл решил уничтожить Московию. Он бросился на него в надежде отобрать у него Кристалл, но Смолл был очень силен и Кливерт не смог сделать и шага в его сторону, его словно держали невидимые тиски. Все тело сковала судорога, волны боли пробивали его до кончиков пальцев. И тогда он сделал последнее, что было в его силах, последнее, что еще было в его власти — принес сакральную жертву искупления — пожертвовал собой ради спасения человечества.
— Я обращаюсь к вам, вершители судеб, примите мою жертву! — слабеющим голосом прошептал он. — Sacralisvictima! Piaculum!
Эти слова — последний рубеж защиты мира его хранителем — не могли остаться без ответа высших сил. Незримая волна разлетелась от него на миллиарды километров. Прогремел взрыв оглушительной силы, и огромная, разверзшаяся из пустоты, гигантская воронка, как черная бездна, унесла Кливерта, Смолла, Ларсона и Дулли в мир теней. Их сущность была изменена. Высшие силы прокляли их, и они превратились в призраков, а Кристалл судьбы бесследно исчез. Сэнмиры долго потом искали его на Земле, но безрезультатно… Кристалл так и не был найден, и никто не знал, что в этом мире его уже не было. Высшие силы отобрали дар, которым пользовались во вред рода человеческого.