Ирина Никулина – Лисёнок Ян и Кристалл Судьбы (страница 2)
— У верблюда два горба, потому что жизнь — борьба, — начинали отрабатывать свой репертуар они.
Обычно все это заканчивалось потасовкой, но сегодня ему было все равно, хотелось просто уйти домой, как можно быстрее, пусть даже и без шапки. Совсем не похоже на него. Странно все это, но хотя бы тайна исчезновения шапки прояснилась. Что же дальше?
Он плотнее застегивает куртку, натягивает капюшон, на ходу заматывает шарф, закрывает глаза и почти до боли в груди, насколько хватает лёгких, вдыхает морозный, заиндевевший, колючий воздух. С выдохом он собирает все свои силы и бегом бежит через дворы, домой. Всего-то надо — пересечь по диагонали два квартала. И вот, он уже на своей родной Эпл-блум, уже видит свой дом. «Самый желтый на всей улице», — любил повторять он, — «второй справа».
— Мама, конечно, будет ругать за шапку, — с тоской думает он.
Но вдруг, происходит что-то неожиданное. Словно в замедленной съемке он видит, как искрится на солнце снег, переливается всеми цветами радуги — от ярко красного до небесно-голубого и даже ультрафиолетового — играет всеми частями спектра. На одно лишь мгновение он отвлекся, залюбовавшись горящими на солнце искрами, и, должно быть, поскользнулся и упал, а, может быть, даже ударился головой, потому что все вдруг как-то резко переменилось.
Тело стало намного легче, его распирала энергия. Все стало казаться гораздо ярче, чем обычно, он даже как будто стал различать больше цветов и оттенков, чем раньше. Он прислушался: на самом дальнем конце улицы, метрах в ста от него, кто-то еле слышно вздохнул! И он это услышал!
Его нос теперь различал тысячи неуловимых ранее запахов: льда с песком на дорожках, промерзших железных качелей, сухой коры на соснах, хвои и даже того вздыхающего незнакомца — ветер донес его запах, теплый, смешанный с запахом… пирогов… с капустой…? О да, он вполне уверен, что это капуста… Фу!
Он перевел взгляд с незнакомца вниз, себе под ноги, и буквально подскочил от неожиданности! Этого просто не может быть, у него должно быть галлюцинации! Вместо рук у него… лапы?! Он резко обернулся — что-то большое и пушистое пронеслось мимо. Это что, хвост? Рыжий, с белым кончиком, невероятно красивый… лисий хвост? Этого не может быть!
Из оцепенения его вывел чей-то глухой низкий голос, а точнее — замедленный бас, который вдруг стал набирать темп и превратился в звонкий, настойчивый писк какой-то девчонки.
— Люууууууууудиииииии, АУУУУУУУУ! Ееееенсен! Ян!!! Себастьян Енсен! Что с тобой?
Он весь встряхнулся, как щенок, которого вытащили из воды, и, наконец, пришел в себя. Он словно очнулся от тяжелого сна. Прямо над своей головой он увидел девчонку из параллельного класса, Софию Саливан. Странно, он даже не сразу узнал ее! Прошла всего-то лишь какая-то секунда, но ему казалось, что это была бесконечно тянущаяся секунда, во время которой он превратился… в лису? Бред какой-то. Видимо, он крепко ударился головой.
По-прежнему нестерпимо ярко светило солнце, от его отблесков на белом снегу резало глаза. Все еще не понимая, что с ним случилось, он сел, провел колючей варежкой по лицу, зубами схватил несколько примерзших к рукавичке комочков снега — они растаяли у него во рту, оставив привкус мокрой шерсти.
— Я, наверное, упал… — пробормотал Ян, — может головой ударился, мне даже показалось… — он сам не знал, как объяснить то, что с ним случилось.
— Я зову тебя, зову, а ты лежишь, смотришь на меня невидящим взглядом и не говоришь ни слова! Это же просто страшно, в конце концов, зачем так людей пугать! — девочка лет двенадцати в серой пуховой шапке с помпоном, красной шубке и черных варежках с вышитыми на них разноцветными снежинками озабоченно смотрела на него. Глаза у нее были зеленые, озорные и лучистые, в обрамлении пушистых ресниц. Щеки горели морозным румянцем.
— Соф, ну не знаю, как так вышло, — ответил Ян, потирая голову. — А ты домой?
— Да, домой, давай вставай уже, а то ишь, расселся, — сказала она, подавая ему руку и с силой стараясь оторвать его от земли. — Вам по английскому что задали? Нам — стихотворение перевести Роберта Бернса. «Любовь, как роза алая, нежною весной» … на этом пока все, мозг отказывается дальше работать.