Хлоя Уолш – Укрощение 7-го (страница 42)

- Не драматизируй так, Гибс, - пожурила мама, подбирая белоснежный комочек пуха. - У Брайана золотое сердце.

Брайан замурлыкал в ответ на долгожданную ласку моей матери, но предупреждающе прищурил свои зеленые глаза-бусинки, глядя на меня. Как бы говоря: я доберусь до тебя в следующий раз.

Нет, если я доберусь до тебя первым, ублюдок.

- Да, хорошо, если однажды утром меня найдут искалеченного в своей постели, с кошачьими царапинами по всему телу, не говори, что я тебя не предупреждала, - фыркнул я, натягивая рубашку, не потрудившись застегнуть ее. - Потому что ты получила множество предупреждений, женщина.

- Этого никогда не случится.

- А могло бы.

- Чтобы это произошло, тебе пришлось бы спать в своей постели.

- Привет, Гибс, - с застенчивой улыбкой поздоровалась самая маленькая из троих.

- Маленькая Шэннон. - Я тепло улыбнулся девушке моего лучшего друга, когда она стояла в моем холле, вооруженная, как я знал, горой еды для пикника – любезно предоставленной мамушкой К. – полностью готовой к пляжному дню.

- Спасибо, что предложил подвезти нас, - сказала она, когда я забрал у нее корзинку и поставил ее на буфет. - У Джонни встреча с руководителями Академии. - Выдохнув, она перебросила свой конский хвост через плечо и улыбнулась мне. - Его отец собирается подвезти его позже.

Девушка, стоявшая рядом с Шан, прочистила горло, и этого было достаточно, чтобы мое тело воспламенилось. И, черт возьми, если раньше я думал, что мое сердце сильно билось из-за страха перед водой, это меркло по сравнению с торнадо внутренней дрожи, которая рикошетом пронеслась по каждой клеточке моего сердца при виде нее.

Усердно работая над тем, чтобы сохранить голову на плечах и сердце в груди, я сосредоточил все свое внимание на ее лице. То, что никогда не было проблемой. Не тогда, когда она успешно привлекала каждую каплю моего внимания с начала времен. – Медвежонок-Клэр.

Большие карие оленьи глаза улыбнулись мне в ответ. Да, у нее были глаза, которые улыбались. Ее обычная гора растрепанных светлых кудрей была уложена на макушке и едва сдерживалась тем, что я мог бы описать только как коготь для волос. Я не знал правильной терминологии для обозначения таких женских творений, но, побывав в ее комнате достаточно много раз, я знал, что это хитрый ублюдок, с удивительно сильным жалом, если он коснется твоей кожи.

Не так плохо, как царапина на животе от Брайана, когда выходишь из душа, но все же.

- Джерард, - ответила она тем оптимистичным, лиричным тоном, который я обожал, - на улице двадцать шесть градусов, а ты явно вымазан детским маслом. - Покачав головой, она неодобрительно фыркнула. - Ты снова собираешься обжечь свои соски.

- О Господи, Джерард, - с тяжелым вздохом пожурила мама. - Что я тебе говорила о защите от солнца?

- Я уже говорил тебе, мама: солнце любит меня, - выпалил я в ответ, прежде чем повернуться к Клэр. - И если я действительно обожгу грудь, ты сможешь ухаживать за мной, пока я снова не стану полностью здоровым.

Шэннон рассмеялась. - Опять?

- Это долгая история, - объяснила Клэр, делая шаг вперед, чтобы застегнуть пуговицы на моей рубашке. - История с шелушащейся кожей и кровоточащими сосками, которую я не хочу повторять в ближайшее время.

- Не слушай ее, Малышка Шэннон, - предложил я со смешком. - Ей нравится присматривать за мной.

- Итак, кто еще будет в этом пляжном кемпинге? - Поинтересовалась мама, с любовью улыбаясь Шэн, которая растирала демона в своих объятиях.

- Обычная банда, - предложила Клэр, держась подальше от Брайана.

- Обычная банда? - Мама нахмурилась еще сильнее, и я почувствовал, что напрягся.

Это было оно.

Она собиралась начать.

- Кого именно это касается?

- Все в порядке, - начал я говорить. - Со мной все будет в порядке, мам…

- Держись подальше от воды, – оборвала она меня и приказала, доставив свой собственный водяной шар страданий в тот день, который, как я надеялся, будет хорошим - а мне, черт возьми, нужно, чтобы это был хороший день. Прошлой ночью я спал не более трех часов из-за того, что мое подсознание пыталось заманить меня в темный уголок моего разума.