Хлоя Уолш – Удержать 13-го (страница 12)
– Пошел ты, Джоуи-хёрлингист…[3] – пробормотал я, сбрасывая с тела одеяло. – Я заслужил.
Скинув ноги на пол, я схватился за штатив для капельницы и привел себя в стоячее положение. Каждая мышца орала от боли, протестуя, но я, не обращая внимания, потащился к двери.
– Джонни! – вскрикнула мама, через несколько минут увидев меня в коридоре.
Держа в руках два пластиковых стаканчика, она глядела на меня с ужасом.
– Почему ты не в кровати, милый?
– Мне нужно домой, – пробормотал я, волоча за собой капельницу и демонстрируя всему миру голую задницу, потому что больничная рубаха едва прикрывала мои широкие плечи. – Прямо сейчас, мам, – добавил я.
Оттолкнулся от стены, к которой ненадолго прислонился для отдыха, и, игнорируя жгучую боль во всем теле, неловко заковылял по коридору.
– Нужно уйти.
– Уйти? – изумилась мама. – Ты только что после операции! – Поспешно загородив мне дорогу, мама прижала ладони к моей груди и посмотрела на меня снизу вверх. – Никуда ты не пойдешь!
– Пойду. – Я покачал головой, пытаясь обойти ее. – Я возвращаюсь в Корк.
– Почему? – требовательно спросила мама, снова загораживая путь и не давая мне двинуться. – В чем дело?
– Что-то не так, – отрывисто произнес я, чувствуя дурноту и головокружение. – Шаннон.
– Что? – В маминых глазах вспыхнула тревога. – Что не так с Шаннон?
– Не знаю, – огрызнулся я, взвинченный, но беспомощный. – Но уверен: с ней что-то случилось. – Нахмурившись, я постарался ухватить мысль, понять свои ощущения, но смог только добавить: – Я должен ей помочь.
– Малыш, это все лекарства, – ответила мама с этим чертовым сочувственным взглядом. – Ты просто не в себе.
Я снова покачал головой, совершенно потерянный.
– Мам, – прохрипел я, – говорю же, там что-то не так.
– Почему ты так уверен?
– Потому что… – Тяжело вздохнув, я опять прислонился к стене и пожал плечами. – Я это
– Джонни, милый, ты должен лежать и отдыхать.
– Ты меня не слушаешь, – пробормотал я. – Я знаю, мам. Я, черт возьми, знаю, ясно?
– Что ты знаешь?
Я поник, сдаваясь.
– Я не знаю, что знаю, но знаю то, что о чем-то знать должен! – Разочарованный и сбитый с толку, я добавил: – Но она знает, и я знаю, и она мне не скажет, но клянусь, все они, на хрен, знают, мам!
– Хорошо, милый, – уговаривала мама, обнимая меня. – Я тебе верю.
– Веришь? – прохрипел я, сонный, но слегка удовлетворенный. – Слава богу, потому что здесь меня вообще никто не слушает.
– Конечно, я тебе верю, – ответила мама, поглаживая меня по груди, и повела обратно в палату. – И я всегда тебя слушаю, котик.
– Да?
– Мм…
– Ненавижу, когда мне врут, мам, – добавил я, слишком уж сильно опираясь своим немалым весом на ее худощавое тело. – А она всегда мне врет.