Хлоя Уолш – Переплет 13 (страница 14)
— Успокойся, сорвиголова! — рявкнул тренер, подбегая, чтобы проверить Ронана, который обхватил ладонями лицо.
Я фыркнул при виде этого. Я ударил его мячом, а не кулаком. Гребаная киска.
— Это командный вид спорта, а не только «Шоу Джонни» — кипел тренер, свирепо глядя на меня.
— О, это так? — я огрызнулся в ответ, не в силах удержаться от того, чтобы не заглотнуть наживку. Мистер Малкахи, старший школьный тренер по регби, не очень меня любил, и это чувство было полностью взаимным.
— Да, так оно и есть — проревел тренер.
Подбежав к тому месту, где приземлился мяч, я поднял его и подошел к нему и Макгэрри, не желая отпускать ситуацию:
— Тогда, возможно, вы захотите напомнить этим ублюдкам, — прорычал я, указывая на своих товарищей по команде, — потому что я, кажется, единственный идиот, который пришел сегодня на тренировку!
— Ты ходишь по тонкому льду, парень, — кипел он. — Не настаивай.
Не в силах сдержаться, я прошипел:
— Эта команда — гребаная шутка.
— Отправляйся в душ, Кавана, — приказал тренер, лицо которого приобрело опасный фиолетовый оттенок, когда он ткнул пальцем мне в грудь. — Ты выбываешь!
— Я ухожу? — Я выстрелил в ответ, насмехаясь над ним. — Из чего именно?
Я не был в дерьме. Тренер не мог меня бросить. Он может запретить мне тренироваться. Или отстранить на некоторое время. Дать наказание. Это не имело никакого значения, потому что в день матча я находился бы на этом поле.
— Ты ничего не сделаешь, — усмехнулся я, позволяя своему характеру взять верх.
— Не дави на меня, Джонни, — предупредил тренер. — Один звонок модным маленьким тренерам по всей стране, и ты окажешься в большем дерьме, чем сможешь выкарабкаться сам.
Ронан, стоявший рядом с тренером, мрачно ухмыльнулся, явно обрадованный перспективой того, что я попаду в беду.
Взбешенный угрозой, но зная, что я побежден, позволяю мячу в своих руках атаковать, бросаю его с неутоленной яростью, бурлящей в моих венах, и не забочусь о направлении.
В ту минуту, когда мяч просвистел от подошвы моей бутсы, гнев внутри мгновенно рассеялся, вырвавшись из моего тела в знак поражения.
Черт возьми. Со мной было сложно. Я знал это лучше всех остальных.
Тренер, угрожающий мне Академией, был ударом ниже пояса, но мне было понятно, что это было засужено. Я терял самообладание на
Я должен был быть капитаном этой команды, а вел себя как инструмент. Это было недостаточно хорошо, и я был разочарован в себе из-за вспышки гнева.
Знал, конечно, что со мной не так. За последние несколько месяцев я слишком исхудал и очень рано закончил восстановление после травмы. Врачи разрешили мне вернуться к тренировкам на этой неделе, но даже слепой мог сказать, что я был не в своей тарелке, и это меня чертовски бесило.
Перспектива совмещать школу, тренировки, клубные обязательства и Академию, залечивая травму, была напряжением как для моего ума, так и для моего тела, и я изо всех сил пытался найти первозданную дисциплину, которую обычно демонстрировал. В любом случае, это не было оправданием. Я бы извинился перед Патриком после того, как поем, и перед остальными ребятами тоже.
Тренер, заметив перемену в моем темпераменте, натянуто кивнул.
— Хорошо, — сказал он более спокойным тоном, чем раньше. — А теперь иди приведи себя в порядок и, черт возьми, отдохни один день. Ты всего лишь ребенок, Кавана, и выглядишь дерьмово.
Я не очень нравился этому человеку, и мы ежедневно сталкивались, как старая супружеская пара, но я никогда не сомневался в его намерениях. Он заботился о своих игроках, а не только о нашей способности играть в регби. Поощрял нас добиваться успеха во всех аспектах школьной жизни и постоянно твердил о важности экзаменационных лет. Также, вероятно, был прав насчет того, что я выглядел дерьмово.
— Это важный год для тебя, — напомнил он мне. — Пятый год более важен для твоего аттестата об окончании, чем шестой, и мне нужно, чтобы ты держал свои оценки на высоком уровне — о черт!