Хлоя Уолш – Keeping 13 (страница 7)
— Я не дурак, — ответил Тадхг смертельно холодным голосом. — И я не Джоуи. — Он подошел ближе, прижимая острие ножа еще сильнее. — Я не остановлюсь, потому что так говорит Шэннон.
Мое сердце разбилось.
Ему было одиннадцать лет, и вот во что они превратили его.
Я молилась, чтобы он убил нашего отца, чтобы покончить с этим.
Кем, черт возьми, это меня сделало?
Часть меня хотела умолять моего брата просто воткнуть в меня этот нож, чтобы я могла покончить со всем этим.
Они все были такими сильными, а я была слабой.
Я была недостаточно крута.
Я не смогла прийти в норму, как остальные.
Я была дезертиром.
— Тадхг, — тяжело дышал Джоуи с пола, грудь быстро поднималась и опускалась, когда он делал вдох после отчаянного вдоха в легкие, рука нашего отца все еще сжимала его горло, — Все в порядке. — Его лицо было залито кровью, нос явно снова сломан. Обе его руки были обернуты вокруг руки, которой папа зажимал его горло. — Просто успокойся…
— Это не нормально, Джо, — ответил Тадхг голосом, лишенным всяких эмоций. — Все это не нормально.
— Что ты собираешься делать, мальчик? — Папа усмехнулся, все еще сидя верхом на Джоуи, но его налитые кровью глаза были полны тревоги и не отрывались от моего младшего брата. — Ударить меня ножом?
— Да.
Признав свой блеф, папа протянул руку, чтобы взять нож, но быстро отдернул ее, когда сбоку по его шее потекла струйка крови. — Господи Иисусе, Тадхг! — взревел он, нервно подергивая горлом. — Ты порезал меня.
— Это заканчивается сейчас, — ответил Тадхг, делая еще один шаг вперед. — Отвали от моего брата и убирайся из этого дома навсегда, или я перережу тебе горло, и ты умрешь.
Я не была уверена, было ли это огромным облегчением или горьким сожалением, которое я испытала, когда увидела, как мой отец отпустил Джоуи и поднялся на ноги.
Я подозревала, что это смесь того и другого, хотя мне было трудно формировать связные мысли, так что я не была уверена.
Слишком уставшая, чтобы выдерживать вес собственного тела, я наклонилась вперед и положила щеку на стол. Делая быстрые, прерывистые вдохи, я старалась не шевелиться, не разминать кости.
Все так сильно болело.
Вкус крови во рту, стекающей по задней стенке горла, вызвал у меня рвотный позыв.
Содрогнувшись, я рефлекторно заскулила и просто перестала двигаться.
Я смирилась с ощущением, как она скользит по задней стенке моего горла, с металлическим привкусом меди на языке.
Чувствуя головокружение и отключенность, я позволила своим векам закрыться, блокируя их голоса, когда они кричали друг на друга, сосредоточившись на неровном биении моего сердца, которое грохотало у меня в ушах.
— Черт возьми, помоги ей, пожалуйста!
Тук, тук, тук.
— Я собираюсь убить тебя, Мари.
Тук-тук…тук, тук, тук.