Хлоя Уолш – Keeping 13 (страница 27)

— Сомнительно, — усмехнулся Джоуи. — Чертовски сомнительно.

Даррен тяжело вздохнул. — Ты хочешь это сделать, Джо? Посоревнуйся, кому пришлось тяжелее? Или ты хочешь вернуть эту семью в прежнее русло?

— У нас нет семьи, — горячо возразил Джоуи. — Вот чего тебе не хватает.

— Мы все еще семья, — тихо сказал Даррен. — И мы станем сильнее, если все объединимся.

— С ней, — выдавил Джоуи, выглядя по-настоящему расстроенным. — Закончи то, что начал, — потребовал он. — С ней мы будем сильнее. — Джоуи покачал головой и невесело рассмеялся. — Что за гребаная шутка.

— Где она? — Нервно спросила я.

— Дома с няней и твоими братьями.

Мое сердце упало. — Почему?

— Почему? — Даррен нахмурился. — Что значит "почему"?

— Я имею в виду, почему она все еще здесь? — Я задохнулась, сжимая в кулаке простыни под собой.

— Наконец-то! — Хором воскликнул Джоуи, вскидывая руки в воздух. — Наконец-то кто-то это понял!

— Она такая же жертва, как и любой из нас, — медленно произнес Даррен. — Я знаю, что вы, ребята, сейчас так не думаете, и я полностью это понимаю, но вы должны понять, что она прошла через…

— Чушь собачья, — усмехнулся Джоуи. — Чушь собачья, Даррен! Она не жертва. Она способствует. Она позволила ему сделать это. — Он указал туда, где я сидела. — Она так же виновата в том, что Шэннон здесь, как и он.

— Джоуи, перестань.

— Нет. — Джоуи покачал головой. — Может быть, она была жертвой, когда он впервые дотронулся до нее. Черт возьми, может быть, первые десять. Надо отдать ей должное. Она была молодой и толстой. Но двадцать четыре года? — Он покачал головой. — Нет, это она сделала это с нами, Даррен. Она приложила к этому руку.

— Ты когда-нибудь задумывался о том, почему нас так много? Почему она продолжала рожать детей от этого мужчины? Почему она не хотела уходить? — Огрызнулся Даррен, свирепо глядя на нас обоих. — Или почему у нее все в порядке с головой, какая она есть? Вы когда-нибудь думали, может быть, она осталась, потому что боялась, что он выполнит свои угрозы? Мы все слышали фразу «Я убью тебя и детей, если ты бросишь меня», которой он пичкает ее с тех пор, как ей было пятнадцать лет! Ради всего святого, этот человек потратил два десятилетия, ломая ее и говоря, что убьет ее, если она уйдет! Тебе не кажется, что это могло ударить ей в голову? Вы когда-нибудь задумывались о том, что она оказалась там против своей воли? Рожала детей против своей воли? Подверглась изнасилованию, избиениям и психическому насилию до такой степени, что потеряла связь с реальностью? Ей было пятнадцать лет, когда она родила меня — четырнадцать, когда она была беременна! — добавил он. — Подумайте об этом минутку. Подумай о том, как, блядь, она, должно быть, была напугана, когда ее бросили жить с этим монстром. У нее нет матери или отца, которые показали бы ей путь. Все, что у нее было во всем гребаном мире, — это он. Она была ребенком, рожала детей, и это сломало ее!

— Я не хочу этого слышать, — рявкнул Джоуи. — Я больше не слушаю никаких оправданий.

— Кто-нибудь из вас когда-нибудь задумывался о том, почему она добровольно отдала нас под опеку? — Даррен настаивал, его тон был жестким. — Ну, а ты сделал это?

— Она была больна, — усмехнулся Джоуи.

— Она не была больна, — прорычал Даррен. — Она пыталась увести нас от него. Она пыталась спасти нас от того, от чего не смогла уберечься сама.

— Тогда почему она не оставила нас там? — Взревел Джоуи. — Может быть, у нас был бы гребаный шанс побороться.

— Ты знаешь почему, — парировал Даррен, теперь его трясло. — Ты знаешь! — Он сделал несколько успокаивающих вдохов, прежде чем продолжить. — Она боялась, что это случится и с тобой. Она была напугана и беременна Тадгхом…

— Значит, из-за того, что тебя изнасиловали, нас привезли домой, чтобы подвергнуть пыткам? — Требовательно спросил Джоуи. — Это все? Из двух ошибок получается правильная? Потому что это какая-то ебанутая логика, если хочешь знать мое мнение.

— Джоуи! — Я задохнулась. — Не надо!

— Мне жаль, что с ним это случилось, — ответил Джоуи, дрожа. — Мне чертовски жаль, что это случилось с тобой, Даррен, правда жаль. Но я был наказан за это. — Он махнул рукой между нами. — Мы все так делали.