<iframe src="https://www.googletagmanager.com/ns.html?id=GTM-59P8RVDW" height="0" width="0" style="display: none; visibility: hidden"></iframe>

Хелен Харпер – Высокие ставки (страница 60)

18

Я отступаю назад, не сводя с него пристального взгляда. Он бормочет что-то себе под нос и захлопывает дверь. Я скрещиваю пальцы и надеюсь, что поступила правильно.

***

Когда я возвращаюсь в свою квартиру, время уже позднее. Мне пришлось повиснуть сзади на фургоне доставки, направлявшемся в город, чтобы успеть домой до восхода солнца. Я усталая и раздражительная, поэтому когда я добираюсь до верхней площадки лестницы и понимаю, что моя дверь распахнута настежь, моё настроение не улучшается. Я напрягаюсь и пригибаюсь, готовясь встретиться лицом к лицу с идиотом, который решил вломиться в дом. Мне не стоило беспокоиться — он уже услышал, как я приближаюсь.

Майкл выходит из дверного проёма, и у меня внутри всё переворачивается. Я искренне намеревалась попросить прощения за то, что переборщила со своими обвинениями, но сначала хотелось бы подготовиться. Вместо этого я вся в грязи и пыли от фургона доставки, а мои волосы торчат во все стороны, как будто я ищу ими спутниковый сигнал. Майкл одет в безукоризненную тёмно-синюю футболку с v-образным вырезом, которая облегает его во всех нужных местах. У него ни один волосок не выбился из причёски; единственное, что говорит о его напряжении — это непроницаемый взгляд.

— Бо, — бормочет он. Это звучит как приглашение.

Я стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно, но моя реакция на его присутствие очевидна по моим словам.

— Как, чёрт возьми, ты попал в мою квартиру? — как только я начинаю говорить, я сразу же ругаю себя. Едва ли это можно считать осторожным началом разговора, которое я планировала.

— Ты оставила окно открытым, — спокойно отвечает он. — Обычно я бы им не воспользовался, но тебя не было дома. Я подумал, что ты предпочла бы, чтобы я был внутри, а не слонялся по коридору, где меня могут увидеть твои коллеги.

Я думаю о встревоженных лицах, с которыми мне пришлось столкнуться ранее. Вероятно, он прав.

— Я буду оптимистом, — продолжает Майкл, — и посчитаю, что твоё требование никогда больше не подходить к тебе было сказано сгоряча. В конце концов, мне будет трудно до конца жизни избегать «Нового Порядка», — он опускает голову, и у меня создаётся впечатление, что он внезапно занервничал.

— Эм, да, — я переминаюсь с ноги на ногу.

Он бросает мне что-то блестящее по воздуху, и я вскидываю руку, чтобы поймать это. Я раскрываю ладонь и смотрю. Это потускневший жетон с надписью «Полиция Лондона» на внешней стороне. Я озадаченно смотрю на него.

— Мы с Медичи вместе служили в полиции, — он произносит это натянуто, как будто ему неловко. — Работали под прикрытием. Китайская иммиграция была в самом разгаре, и были опасения по поводу некоторых, — он делает паузу, — криминальных элементов. Не говоря уже о большом влиянии Гоминьдана. (Гоминьдан — движение китайских националистов, — прим) Мы внедрились в их сеть и зарекомендовали себя как контрабандисты. Чтобы доказать нашу преданность, нас попросили присутствовать при нескольких казнях. Улыбки, которые ты видишь — часть нашего прикрытия, — его губы кривятся в невесёлой усмешке. — Конечно, у меня нет никаких доказательств этого, кроме жетона. Записи спрятаны в каком-то давно забытом хранилище, — он проводит рукой по волосам. — У прессы тоже есть это фото?

Я в замешательстве, но потом понимаю, к чему он клонит.

— Нет. Я получила это от О'Коннелла, бывшего генерального директора «Магикса». Всё остальное я сожгла. Не будет никаких сенсаций для таблоидов, — я отвожу взгляд. — По крайней мере, если «Магикс» не сделает что-нибудь с оригиналами. Их новый генеральный директор…

— Я его знаю. Что-нибудь придумаю.

— Окей.

— Ты мне веришь? Насчёт фотографии?

— Это имеет значение?

Майкл сжимает кулаки.

— Да, — тихо говорит он. — Имеет.

— Я встретила Ченга. Он…

— Один из лидеров Триады.

— Он боялся тебя, Майкл.

— Наши прикрытия были раскрыты. Моё и Медичи. Именно по этой причине нас обоих завербовали в вампиры — это единственное оставшееся место, где можно было спрятаться. Когда банды поняли, что не смогут добраться до нас, они начали мстить в другом месте, — на его лице отражается горький гнев. Возможно, всё это произошло более девяноста лет назад, но я понимаю, что для Майкла это было как будто вчера. — Как только я стал достаточно силён, я отправился мстить им в ответ, — он встречается со мной взглядом. — Я не горжусь этим. Но у некоторых людей долгая память, и они передают предупреждения последующим поколениям.