Хелен Харпер – Высокие ставки (страница 107)
Я смотрю на его рану на животе: она уже заживает. Сочетание моей крови, крови Коннора и начала обращения быстро сращивает плоть. Я подношу пузырёк к его бледным губам, молясь, чтобы хватило времени. Rogu3 хнычет, и я нежно успокаиваю его.
— Теперь уже недолго осталось, — я смотрю на часы на стене, наблюдая, как движется секундная стрелка. Секунды превращаются в минуты. Полиция будет перегружена тем, что произошло в суде Агатосов и в школе. На самом деле, проходит так много времени, что я начинаю думать, что они не станут вмешиваться, потому что это дело вампиров. Однако, когда я наконец слышу вой сирен, я знаю, что они не упустят возможности показать миру, насколько чудовищны кровохлёбы. Я жду, пока машины подъедут к улице, затем запрокидываю голову Rogu3.
— Сейчас или никогда, — говорю я ему. Я позволяю крови Икса пролиться в рот Rogu3 до последней капли. В горле у него булькает, но в конце концов он проглатывает. Когда я убеждаюсь, что он всё выпил, я встаю, отряхиваюсь и направляюсь навстречу неизбежному.
Глава 20. Признание вины
Я полностью осознаю серьёзность своего положения, но всё равно шокирована количеством людей, собравшихся возле «Нового Порядка». Вокруг брошенного автомобиля учительницы по дуге стоят шесть полицейских машин. Справа я насчитала пять фотографов и восемь журналистов. Слева число протестующих увеличилось. Я думаю, у них есть приятели на быстром наборе. Коннор и Мэтт стоят лицом к ним. Трудно не улыбнуться, увидев на их лицах облегчение от моего появления.
— Здравствуйте, — слабо говорю я. Тут же следует взрыв вспышек фотоаппаратов.
Один из полицейских выходит вперёд. С замиранием сердца я узнаю Николлс. Класс.
— Из героя превратился в злодея менее чем за три часа, мисс Блэкмен, — говорит она мне. — Это впечатляет.
Я не уверена, откуда она взяла образ героя, но мне нетрудно понять, почему она назвала меня злодеем. Я решаю открыто сотрудничать.
— Забирайте меня, — говорю я. — Наденьте на меня эти чёртовы вампирские наручники и заприте в камере. Я отвечу на ваши вопросы.
— Ты убила четырнадцатилетнего мальчика, Бо? — кричит один из журналистов. Меня беспокоит, что он назвал меня по имени.
— Я должна уточнить предыдущее заявление, сказав, что отвечу на вопросы
— Что ж, тогда, — растягивая слова, произносит Николлс, — это вы убили Алистера Джонса?
Я встречаюсь с ней взглядом.
— Нет. Его застрелил деймон. Есть около двухсот свидетелей, которые подтвердят этот факт.
— Он мёртв?
Я не знаю. Всеми фибрами души я молюсь, чтобы это было не так.
— Я так не думаю, — бормочу я. Очевидно, она хочет, чтобы мой допрос проходил на виду у всего мира. Для пущей убедительности приезжает съёмочная группа и начинает снимать происходящее на видео.
— Где он? — спрашивает кто-то.
Слышится рёв двигателя, и появляется Майкл, оседлавший мой мотоцикл. Он выключает двигатель и холодно осматривает меня. Интересно, о чём он думает.
При его появлении по толпе пробегает волна приглушенного шёпота. Не обращая на них внимания, выражение его лица меняется, и он устремляет на меня злобный взгляд.
— Ты это сделала? — спрашивает он.
Николлс поворачивает голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Что сделала? Что она сделала?
— Бо, — говорит он, не двигаясь ни на дюйм, — ты же знаешь, что я не смогу тебе помочь, если ты это сделала. Ты собиралась отвезти его в больницу.
Я расправляю плечи.
— У меня не было времени.
— Пошлите команду внутрь, — бормочет Николлс.
Несколько полицейских расступаются и направляются ко входу. Николлс делает шаг вперёд. Я должна отдать должное женщине-полицейскому — ни я, ни Майкл нисколько её не пугаем. С её рук свисают блестящие наручники.
— Повернитесь, — говорит она мне.