Хелен Харпер – Удавка новолуния (страница 83)

Запись была запущена снова. Детектив Грейс облизывал губы в предвкушении, его желание раскрыть два преступления за один день брало над ним верх.

— Ну что, мистер Вебб?

Деверо сложил руки вместе.

— Как я уже говорил, я слышал, что в переулке Гудмана что-то происходит, и что в этом замешан оборотень. Я решил отправиться на разведку. Я проник в дом, о котором шла речь, до того, как туда вошла вооружённая полиция. Оказавшись там, я обнаружил два трупа. Я также обнаружил двенадцатилетнюю девочку-оборотня, которая была очень даже жива.

У Грейс отвисла челюсть, а Кармайкл побледнел от ужаса. Деверо и бровью не повёл.

— Я должен добавить, что эта девочка не является урождённым оборотнем. Она родилась человеком, — он встретился взглядом с Грейсом, чтобы убедиться, что детектив понимает всю важность этой детали. По внезапной бледности детектива было ясно, что он понимает.

Деверо кивнул и продолжил.

— С помощью мисс Скарлетт Кук я продолжил расследование. Оборотень, девочка, была обращена против своей воли в качестве акта возмездия своему отцу. Это превращение было проведено тайной человеческой организацией, которая насильно обращала людей из других стран в вампиров и оборотней. Затем они продавали их с аукциона тому, кто предложит самую высокую цену, вне зависимости от того, какие извращённые цели преследовали покупатели. Я не знаю, сколько всего жертв, но предполагаю, что их вполне много.

— Боже мой, — прошептал Кармайкл.

Деверо мрачно кивнул и продолжил.

— Дэвид Бернард, один из людей, найденных мёртвыми в переулке Гудмана, выполнял финансовую работу для этой организации, — он не был готов сообщить ни название «Мателот», ни имя Доминика Филлипса; если у Грейса будут все кусочки головоломки, он может решиться на какую-нибудь глупость и разобраться во всём сам. Это неизбежно привело бы к смерти детектива и, что более важно, к катастрофе для всех остальных.

— Бернард был в квартире и стал свидетелем того, как отца ребёнка-оборотня пытали на её глазах. Как, я уверен, вы уже знаете, квартира принадлежит его секретарше Марше Кеннард. Девочке было приказано убить мисс Кеннард, чтобы спасти собственного отца, но вместо этого она потеряла контроль, и её волк взял верх. Вследствие чего она напала на Бернарда, убив его и одного из его товарищей. Это не было спланированным шагом с её стороны — мне сказали, что такая потеря контроля типична для неестественным образом созданного подростка-оборотня. Она ничего не могла с собой поделать и не отвечает за свои действия.

Деверо сделал паузу и многозначительно приподнял брови, чтобы Грейс понял.

— В последовавшем хаосе нескольким людям удалось спастись, включая лидера организации, отца девочки и Маршу Кеннард.

— Бл*дский ад, — выпалил Грейс, прежде чем смог себя остановить.

— Действительно, — согласился Деверо. Он уставился на побледневшего детектива. — Полагаю, вы не нашли мисс Кеннард?

Грейс покачал головой.

— Наше рабочее предположение заключается в том, что вы причастны к её исчезновению.

Бровь Деверо раздражённо дёрнулась.

— Вовсе нет. Я никогда не встречался с этой женщиной, — он сделал всё возможное, чтобы подавить своё раздражение. Он был совершенно уверен, что Доминик Филлипс уже избавился от Кеннард. Её тело, возможно, прямо сейчас плывёт по Темзе, и никто из них этого не знает.

— Как Джонатан Ли связан со всем этим? — спросил Грейс, явно пытаясь взять интервью под контроль. — Мы знаем, что он работал в здании, где базировались Бернард и Марша Кеннард. Он, должно быть, тоже в этом замешан, — в его тоне всё ещё слышалось обвинение.

— Моё лучшее предположение, — ровным голосом произнёс Деверо, — что несчастного мистера Ли застрелили в надежде, что весть о его смерти дойдёт до Марши Кеннард, и она запаникует. Эта организация отчаянно пытается сдержать хаос, который они создали, и, без сомнения, хочет избавиться как от Кеннард, так и от ребёнка-оборотня без дальнейших проволочек. Они напали на мой дом, потому что там была девочка. Они хотят убить её, чтобы сохранить её существование — и свою деятельность — в тайне. Отсюда и довольно драматичная перестрелка, в результате которой погиб ещё один человек.