Хелен Харпер – Темный шепот (страница 31)

— Я знаю не больше твоего.

— Так Эмерсон друид? — они являлись людьми, просто… особенными людьми.

— Нет. Друиды — это тесно сплочённое сообщество. Они не так часто выходят в свет и рекламируют себя, но они публично дистанцировались от Эмерсона. Они считают его больным на голову, — она открыла группу на фейсбуке и показала мне пост, опубликованный несколько месяцев назад. — Тут говорится, что Лэнсу Эмерсону запретили участие во всех друидских мероприятиях, все его посты удалены с их страниц в социальных сетях, и что контактов с ним следует избегать.

Похоже, Нэйтан Фэйрфакс был не единственным, кого беспокоил Шеф.

— Друиды приехали на наш саммит, — задумчиво произнесла я.

— Только трое, — сказала Лиза. — Большинство отклонило приглашения.

— Они всё равно могут знать, в чём дело, — я посмотрела на Фреда. — Можешь найти их и узнать, готовы ли они поговорить о нём? — Фред был молодым и не внушал угрозы. Поэтому он будет идеальным кандидатом для общения с настороженными друидами.

Он выпрямился.

— Непременно.

— Хорошо. У тебя есть что-то ещё? — спросила я у Лизы.

— Эмерсон владеет большим участком в Камбрии возле шотландской границы. Я нашла несколько полицейских отчетов, указывающих, что он весьма жестоко обходится с любыми туристами и собачниками, которые забредают на его территорию. По сравнению с Шотландией наши законы о праве прохода ограничены и действуют в пользу владельцев земли, но Лэнс Эмерсон всё равно умудрился их нарушить. Местные также говорят, что часто слышат с участка какие-то песнопения, а соседние фермеры убеждены, что Эмерсон похитил нескольких животных. Думаю, в основном овец. Вопреки усилиям местной полиции овец не нашли. Их трупы тоже.

(Под правом прохода имеется в виду право проникновения на землю, находящуюся в частной собственности. В Шотландии всем разрешается гулять, кататься на велосипедах и даже разбивать палатки на такой земле при условии, что человек ведёт себя хорошо, никому не мешает и не вредит. Например по с/х полю, пастбищу или чьему-то частному участку можно погулять, выгулять собаку, разбить палатку, если ты не повреждаешь посевы, не вредишь пасущимся животным и убираешь за собой мусор. В Англии же такой свободы намного меньше, — прим. пер)

— Трупы?

Лиза втянула вдох.

— Есть заявления, что организация Эмерсона принесла животных в жертву.

Я почувствовала тошноту.

— В жертву? Зачем? Кому?

— Эта часть неясна. Эмерсон руководит группой под названием «Идеальный Путь Силы и Искупления», но я не сумела выяснить, поклоняются ли они конкретному божеству.

Испытывая явный дискомфорт, я потерла шею сзади. Жертвоприношения вызывали ассоциации со слепой верой, древними необразованными традициями и щепоткой, осмелюсь сказать, зла. Я начинала думать, что Нэйтан Фэйрфакс не ошибался в своих опасениях… и что Джульетта Чемберс-Мэй попала в яблочко, назвав это культом.

— От кого исходило это заявление?

— Вот тут всё становится интереснее, — сказала Лиза.

Ещё интереснее?

— Продолжай.

— Три года назад в полицейский участок Терсби в Камбрии пришла молодая женщина. Она сказала, что она оборотень, и что ею манипулировали, заставив несколько месяцев оставаться с Эмерсоном. Видимо, он пообещал, что может исцелить её и убрать её… ээ… животное.

У меня отвисла челюсть.

— Ты шутишь.

— Неа.

— Почему мы слышим об этом только сейчас? Её дело должны были немедленно перенаправить в Отряд Сверхов, — мои глаза сощурились. Если кланы знали об этом и не передали информацию, они поплатятся. Я об этом позабочусь.

— Это перенаправили бы к нам, и альфы клана были бы вовлечены с самого начала, вот только было ясно, что юная леди определённо не является оборотнем, — сказала Лиза.

По моему позвоночнику внезапно пробежали мурашки. Сначала Ночной Сталкер Джим, теперь эта женщина.