Хелен Харпер – Ленивая ведьма (страница 32)

— Сделайте двенадцать.

— Эй!

Он пожал плечами:

— Каждый раз, когда вы будете жаловаться, я буду добавлять ещё.

— Что ж, отстой, — пробормотала я. По крайней мере, я отвлекла его внимание от веса.

— Следите за дыханием, — давал инструкции Винтер.

— Мммм, хорошо, — я поднимала и опускала, стараясь выглядеть так, словно мне действительно тяжело.

— Этот вес не так тяжёл. Вы не настолько слабы.

Он был прав: вес совсем не казался тяжелым.

— Сказал мужчина с мускулами, которым позавидовал бы и Попай[5], — пробормотала я. Мне нужно быть осторожной, чтобы не переусердствовать, иначе он бы что-то заподозрит.

— Ещё несколько подобных замечаний, — сказал Винтер, — и на обед получите варёный шпинат. Я заработал эти мышцы упорным трудом. Вы можете так же.

Ну да, ну да. Я свирепо посмотрела на него и заткнулась. С выражением лица человека, страдающего от боли, я сделала десять подъёмов, стискивая зубы и задерживая дыхание, чтобы убедиться, что мои щёки остаются красными. Могло казаться, что я выкладываюсь по полной, но ощущалось это так, словно я поднимала воздух. Ха! Вот тебе, мистер Зазнайка.

Я не могла схитрить на каждом упражнении. На некоторых штуковинах, на которых он заставлял меня заниматься, невозможно было притвориться, а иногда он не отворачивался на время, достаточное для наложения заклятия. Так или иначе, это было успешное предприятие. Винтер не был глупцом, если бы он внимательнее присмотрелся, он бы понял, что я задумала. Его проблема заключалась в том, что ему и в голову не могло прийти, что я попытаюсь схитрить на пути приведения себя в форму.

Мне повезло, что наши узы продлятся только три месяца. Я сомневалась, что Винтер столько времени будет вестись на мои фокусы. Кроме того, учитывая всё, что я знала, я не могла доверять ему больше, чем он доверяет мне. Он мог иметь какое-то отношение к Мудаку и его подружке, вломившимся в квартиру Евы. Всё-таки они все состоят в Ордене.

Несмотря на то, что мне удалось смухлевать в большинстве упражнений, к концу тренировки я была вымотана. Всё моё тело пребывало в агонии.

Винтер потёр подбородок и бросил на меня, потную и насквозь мокрую, критический взгляд.

— Я собирался перейти к спаррингу, — сказал он. — Но думаю, что на сегодня достаточно.

— Прекрасно, — я не могла дождаться, когда доберусь домой. Мне даже будет без разницы, если мои простыни до сих пор оставались сырыми. Сейчас я готова заснуть где угодно.

— Примите душ, — сказал он. — А после мы направимся в библиотеку.

Я замерла:

— Прошу прощения?

— За что? Что вы натворили?

Я уставилась на него.

— Ты знаешь, что я имела в виду. Зачем нам идти в библиотеку?

В его глазах плескалось самое искреннее удивление.

— Чтобы учиться, — с запозданием он, кажется, понял, к чему я клоню, и продолжил, растягивая слова, словно разговаривал с умственно-отсталым. — Библиотека — это такое место, где хранятся книги. Книги содержат знания. Если вы читаете книги, то можете что-то узнать, — он изогнул бровь. — Вы же умеете читать, правда?

Я покачала головой:

— Неа. Ни единого слова. Поэтому нет ни малейшего смысла приближаться к книгам.

Винтер сохранял невозмутимость.

— Хмм. В таком случае нам потребуется провести в библиотеке больше времени, чем я думал. Мы можем начать с основ фонетики, — чёрт бы его побрал. Уголки его губ подрагивали. — Я научу вас алфавитной песенке.