Эмир Радригес – Метаморфоза (страница 22)
Под пальцами желтушная кожа слегка промялась, и из маленьких дырочек проступило совсем немного прозрачной жидкости – чего-то вроде слизи. Алиса охнула и отстранила пальцы, а вышедшая жидкость стянулась в капельку и соскользнула на кровать. Её губы задрожали, из напуганных глаз хлынули слёзы.
– Алиса, тебе больно? – Олег пододвинулся к ней, но касаться плеч не решался – боялся причинить боль. Или дело в отвращении? А ещё и непонятный страх.
– Что это такое?...
– Алиса, тебе больно? – повторил Олег, словно позабыв остальные слова. Слёзы ручьями стекали по её желтушным, обезображенным щекам, на каждом нездоровом отверстии в коже потоки отгибались в сторону, меняли русло. Алиса отбросила одеяло в сторону и вскочила на ноги. Она двинулась мимо Олега к зеркалу, и тот неосознанно вжался в стенку, чтобы она не задела его своей болезненной кожей. Отвращение? Да, это было непреодолимое отвращение и Олегу стало стыдно за это чувство.
На простыне, где только что лежала Алиса, отпечаталось большое желтоватое пятно от той самой жидкости из дырочек в коже. Вытянутое пятно, во весь её рост. Дурной запах усилился. И как его Олег не заметил ночью?
– Мамочка!...– в ужасе взвизгнула Алиса. Она только что увидела своё отражение в зеркале. Шелковистая ночнушка с цветами намокла от слизистых выделений и прилипла к её телу. Алиса несколько секунд смотрела на то, что произошло с её лицом. От паники её ноги подкосились, она опустилась на кровать и зарыдала.
– Мамочка!...Что со мной? ЧТО СО МНОЙ??!!
От её отчаянного крика по спине Олега пробежал холодок. Он был напуган, но стоял столбом у стены и не знал что делать. «А вдруг я заражусь тем же?» – пронеслось в голове, но он заставил себя перебороть эту мысль. Нужно помочь Алисе, нужно действовать. В конце концов, он же мужчина!
Олег неуверенно направился к ней. Хоть и пытался собраться всей своей смелостью, но получалось неважно. Отвращение – это было понятно. Но откуда брался необъяснимый животный страх? Глубинный страх, настойчиво нашёптывающий прямо в голову лишь одно: «Беги!».
– Алиса…– Олег вдруг понял, как жалко выглядит, сделал усилие, вытянул из себя всё мужество, какое только нашлось, и сказал уже более уверенно. – Надо срочно к врачу. Ты меня слышишь? Сейчас же!
Алиса не слышала. Она ещё не отошла от увиденного. Достучаться до неё сейчас было нельзя. Поэтому Олег, ещё сохранявший остатки рассудительности, решил действовать сам. Прошёлся по всем выдвижным ящикам и шкафам, взял медицинские документы, деньги, сходил к себе в кабинет за рюкзаком, сгрёб всё туда. Возвращаясь в спальню, Олег застал Алису на пороге комнаты. С поникшими плечами, вздрагивающая от всхлипов, она своими раскрасневшимися глазами уставилась в мольбе на него:
– Пожалуйста…. не бросай меня…
– Я просто ходил за рюкзаком, складывал вещи, чтобы отвезти тебя в больницу. Ты как?
– Я изуродована… Олег, пожалуйста, не бросай меня… я теперь стала… я теперь не нужна тебе… я не перенесу, если ты меня бросишь… – сказала она и заплакала с новой силой. Не раздумывая, Олег прижал её к себе:
– Что за глупые мысли? Я никогда не брошу тебя, что ты… Успокойся… Не об этом сейчас думать надо. Тебе нужно срочно в больницу.
Алиса плакала, прижавшись обезображенной щекой к его груди, и Олег про себя молился Богу, в которого никогда не верил. Насколько это опасно? Что будет с ней? Что будет с ними?
Поглаживая её по голове, чтобы успокоить, он вдруг увидел, что рыжие волосы сходят с макушки Алисы от каждого движения ладонью. Это настоящий кошмар, подумал Олег.
– Алиса, – он взял ее за плечи, аккуратно отстранил и заглянул к ней в глаза. – Послушай меня, Алиса. Соберись. Я знаю, это может быть сложно, но постарайся. В больнице тебе помогут. Я тебя туда отвезу.
– Что со мной?...
– Ничего страшного. Это просто болезнь, послушай. Вроде ветрянки. Болела в детстве ветрянкой? Вот и тут… ничего страшного, – говорил он и не верил сам себе. Это не просто болезнь! Это что-то гораздо серьёзней ветрянки. И Олегу было от этого не по себе. – Ты сможешь одеться сама?
Алиса всхлипнула и кивнула головой.