Себастьян пожал плечами:
– Поверите ли, но у меня и в мыслях не было причинять кому бы то ни было беспокойства.
– Охотно верю, – фыркнул профессор. – И тем не менее, я склоняюсь к мысли о необходимости осмотра театра магических действий в вашем поместье. Что скажете?
– Располагайте мной, – сказал Себастьян просто.
– Добро, – кивнул профессор. – Не задерживаю вас пока более. Вашего родственника оставьте у меня – начну делать расчеты.
* * *
(Отправлено за счет получателя) «Дорогой папа, прости, что так долго не отвечала на твою магограмму от 15 сентября. Вчера я встретилась с волшебником, который спас твою жизнь, и он подтвердил: между нами действительно существует магическая связь. (Часть магораммы опущена). Пожалуйста, поцелуй за меня маму».
(Отправлено за счет получателя) «Милая тетушка! Наверное, я поступила глупо, уехав из Танна без предупреждения. Не скажу, что очень сильно раскаиваюсь, но могу себе представить, как ты огорчилась. Прости, прости, прости! Мы с Валентиной Хельм – ты, должно быть, уже догадалась, что я сбежала не одна (кстати, она в полном порядке, если ее родители будут спрашивать, пожалуйста, так им и скажи) нашли того единственного мага, который может мне помочь. Подробности спроси у папы. Не знаю, сколько времени я еще буду отсутствовать, потому что немедленно расколдовывать меня никто не собирается, и я не могу сказать, что очень сильно расстроена этим фактом. Ах, тетушка, если бы ты только знала, какие тут дела творятся!.. Целую!»
«– Валер, дорогой, я получила крайне сумбурную магограмму от Эдвины. Ты что-нибудь знаешь о ней?
– Эффи, только то, что она встретилась с тем… тем волшебником.
– Это знаю и я. Но она тебе что-нибудь еще сообщала?
– Мне она ничего не говорила больше.
– Меня интересует, почему она до сих пор не расколдована! Валер, на твоем месте я бы приняла решительные меры! Я свяжусь с тобой позже». (Обрыв связи).
(Оплачено отправителем) «Мама! У меня все в порядке! Я сопровождаю Эдвину Дюпри в качестве компаньонки. В том, что убежала из дома, не раскаиваюсь. Впрочем, папе этого не понять. У меня правда все в порядке. Люблю тебя, мамочка!»
(Оплачено отправителем) «Дорогой, я очень рада, что ты благополучно прибыл в Ранкону. Госпожа де Ла Мотт любезно дала мне некоторые пояснения касательно своей племянницы. Я полагаю, в сложившихся обстоятельствах самым разумным будет позволить Валентине какое-то время быть рядом с бедняжкой Эдвиной. Уверена, милый, ты решил бы именно так. И я подумала – раз уж ты в Ранконе, ты мог бы встретиться со своими поставщиками. Впрочем, зная твой характер, я думаю, что запоздала со своими предложениями! Жду новостей!»
(Оплачено отправителем) «Многоуважаемый господин Хельм! Полагаю, мне следует принести вам свои глубочайшие извинения за то, что я не посвятила вас сразу во все обстоятельства столь быстрого отъезда моей племянницы вместе с вашей дочерью. Поверьте, меньше всего мне хотелось ранить ваши чувства. (Часть магограммы опущена). Вы можете гостить в моем доме в Ранконе столько, сколько захотите. Все необходимые распоряжения уже сделаны».
Глава 3
Крякенберри – Оксер
Эдвина так привыкла к размеренному стуку колес, что ей не терпелось поскорее оказаться в уютном купе первого класса пассажирского поезда, идущего на Оксер, где им предстояла пересадка на пригородный до Асти. Ни она, ни Валентина еще ни разу не были так далеко на востоке. Господин Брок, вызвавшийся быть их гидом, живописал красоты Белфорда в таких ярких красках, что обе девушки заочно влюбились в край виноделов.
– У меня есть план, – сказала Валентина, помогая подруге привести в порядок прическу.
– А я уже начала было скучать без твоих планов, – улыбнулась Эдвина, пряча карманное зеркальце. Валентина скорчила гримаску.
– Надо же себя чем-то занять, пока ты любезничаешь с кавалером.
– Ничего я не любезничаю! – запротестовала Эдвина. – Впрочем, вместо того чтобы строить хитроумные планы, могла бы строить глазки нашему профессору.
Валентина сморщила носик.
– Очень странно, Винни, – сказала она. – Но ведь мне этого ни капельки не хочется!
