Елена Комарова – Шкатулка с секретом (страница 54)
На макушке памятника увлеченно чистил перья крупный сизый голубь. Его многочисленные серые, белые и пестрые сородичи бродили по площади, не спеша уступать дорогу людям, которых у памятника собралось также немало: здесь традиционно назначали дружеские и романтические встречи, всячески способствуя прибылям владельцев мелких кафе и многочисленных торговок цветами. Голуби в Аркадии были упитанными и нахальными сверх меры, садились на подставленные руки, косили красными глазами и бормотали нечто непонятное, но многозначительное.
— Добрый день, Юлия, — весело произнес Андрэ, а когда женщина повернулась к нему — жестом фокусника извлек из-за спины букет. — Сегодня вы особенно прелестны.
— Вы говорите мне это каждый день, — улыбнулась Юлия, принимая цветы. Это были ромашки, ярко-желтые сердечки в окружении белоснежных венчиков, и молодая женщина в очередной раз удивилась догадливости репортера — она предпочитала именно такие простые цветы, но совершенно точно не упоминала об этом в их беседах.
— Я всего лишь констатирую очевидную истину, — развел руками в ответ Андрэ. — Мне нет прощения за опоздание, и я взываю к вашему милосердию.
— Вы прощены, Андрэ. Куда идем на сей раз? Снова в библиотеку? Или в Государственный Архив? Его смотритель уверял, что будет рад нашему новому визиту.
— Вашему визиту, — поправил репортер. — Увы, любезная госпожа Малло, сегодня нам не удастся припасть к источникам исторической премудрости. Я получил новое задание и хотел бы пригласить вас составить мне компанию в его выполнении.
— Вы шутите? — опешила Юлия.
— Простите, — сник Андрэ. — Слишком развязно с моей стороны? Может, встретимся после того, как я закончу со своим заданием? Если, конечно, вы пожелаете…
— Нет! — покачала головой Юлия и тут же добавила: — То есть, не будем переносить встречу. Я с удовольствием принимаю ваше приглашение.
— Тогда вперед! — воодушевленный Андрэ предложил ей руку. — Я покажу вам самых страшных людей Аркадии!
— Куда мы едем? — поинтересовалась Юлия чуть погодя, когда репортер помог ей подняться в экипаж и уселся рядом.
— Непосредственно — в отель «Империал», а там… — Андрэ извлек из внутреннего кармана пиджака давешний конверт, врученный лично Большим Беном. Внутри оказался тонкий лист дорогого глянцевого картона с тисненной золотым эмблемой, ниже — витиеватые строчки: «Сердечно приглашаем вас посетить…».
— Очень…ммм…необычно, — осторожно сказала Юлия, дочитав текст. — Знаете, раньше меня никогда не приглашали в подобные места.
— Жаль, еще не начался театральный сезон, я бы непременно пригласил вас в Оперу, — сказал Андрэ, пряча приглашение обратно. — Правда, о театральных постановках у нас пишет Вернер, но мы бы с ним договорились. А потом я попросил бы прекрасную гостью Аркадии поделиться впечатлениями с нашими читателями. Думаю, вам бы понравилось, у нас отличная труппа. И очень красивый театр. Лучший на континенте.
— Нет, — с улыбкой покачала головой госпожа Малло. — Лучший оперный театр на континенте — у нас в Ранконе. Там даже есть собственный Призрак Оперы!
— У нас их два, — максимально серьёзно заверил её репортер. — Второй еще подрабатывает костюмером.
В «Империале», самом большом и роскошном отеле Аркадии, останавливались коронованные особы трех сопредельных держав (не одновременно) и прочие выдающиеся деятели, в том числе поэт Адам Хольц, чьим памятником не так давно любовалась Юлия на площади. Именно в одном из номеров с видом на море были созданы поэма «Стрелок из Эрдваца» и роман в стихах «Валет», — во всяком случае, так утверждал биограф. Ныне за номер, в котором творил давно упокоившийся с миром поэт, ставили двойную цену. Кроме того, отель был излюбленным местом проведения ненаучных собраний и конференций (научные традиционно организовывала Академия наук, но «Империал» не оставлял надежды переманить и их тоже). Прекрасный климат, отменная кухня — есть ли лучшее место для обсуждения серьезными господами важных вопросов?
Транспарант над входом в отель приветствовал участников ежегодного съезда пекарей и кондитеров Вендоры, но выражение лица субъекта на входе, потребовавшего у «достопочтенных господ» предъявить приглашения, больше подошло бы для конференции производителей уксуса. Юлия охотно продемонстрировала официальное приглашение, а репортерское удостоверение Бенара страж разглядывал минут пять, прежде чем с явным разочарованием разрешить проследовать внутрь.