Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 66)
– А вы доверяете мнению Игоря, – заметила Ирен без тени иронии.
– Да, – серьезно кивнул Аурель. – Он… всегда был добр ко мне. Пожалуй, единственный из людей.
Ирен со всей ясностью увидела, что перед ней, сколько бы ни было ему лет на самом деле, всего лишь мальчишка, вынужденный скрывать от всех свою натуру и нашедший понимание только в слуге, которому, похоже, все равно, вампир ли его хозяин, человек ли, – он будет предан ему, что бы ни случилось. Впервые за все время знакомства Ирен вдруг задалась вопросом, а есть ли у графа мать, жива ли она, и если да, то какова эта женщина? Любящая родительница или суровая матрона?
– Кажется, – прервал Аурель ее размышления, – вы знакомы с лордом Дарнемом? – Он указал на гостя, вошедшего в залу. – Я пригласил его для вас.
– Для меня? – Ирен изумленно посмотрела на графа. – Как прикажете это понимать?
– Простите, – слегка смутился Аурель, – кажется, я опять сказал что-то, прозвучавшее двусмысленно. Я не имел в виду ничего дурного. Просто я не так хорошо знаком с лордом, как мне бы хотелось, говорят, он обладает весьма обширными познаниями не только в египтологии. И вместе с тем я боялся, что среди других гостей сегодня вы не найдете достойных и интересных собеседников. Поэтому…
– Благодарю вас, граф, – Ирен слегка склонила голову, – вы проявили необычайную заботу. Ступайте к гостям, не заставляйте их думать, что одни для вас более значимы, чем другие.
Ирен взяла с подноса у проходящего мимо лакея бокал с шампанским и, пригубив, пристально посмотрела на лорда Дарнема. Какая удача, право, что граф, этот маленький сводник, пригласил его сегодня! Ведь Ирен дала обещание профессору Ван Хельсингу поговорить с ним. Атмосфера праздничного вечера, недурное шампанское и окружающий интерьер как нельзя лучше подходят для разговора на деликатную тему.
С профессором Ирен увиделась накануне. Он прислал ей записку с просьбой о встрече, и молодая женщина немедленно написала в ответ, что готова увидеться в любом удобном месте, она свободна с часу до пяти.
Он ждал ее в уютном ресторанчике напротив пассажа на Берлингтон-стрит, листая какую-то книгу. На стуле рядом громоздилось несколько нарядно упакованных коробок.
– О, это… – профессор улыбнулся на невысказанный вопрос Ирен, когда они обменялись приветствиями и сделали заказ. – Купил кое-что в пассаже, ведь скоро Рождество.
– Как вовремя вы напомнили об этом, профессор! – воскликнула Ирен. – Я так увлеклась историями о вампирах, что забыла о календаре! Но прошу прощения за болтовню. Вы хотели о чем-то поговорить.
– Давайте сначала отдадим должное этому великолепному бифштексу, – предложил профессор. – А просить уместно будет за десертом. Скажите, вы знаете о происшествии в Британском музее?
– Только то, что кто-то покусился на бедняжку фараона, – осторожно ответила Ирен. – Судя по всему, вы знаете больше?
– Я был там, всего через несколько часов после преступников. Воочию наблюдал картину разорения. Лорд Гамильтон и лорд Дарнем были безутешны.
– Боже, – сказала Ирен, нахмурившись. Профессор кратко, но красочно описал то, что видел в музее, не упомянув только о вспоротой крысе, справедливо полагая, что бедному животному уже не поможешь, а некоторые подробности не предназначаются для тонкой дамской натуры.
– Я провожу расследование происшествия по поручению лорда Гамильтона. И вынужден признать, что он и лорд Дарнем не слишком помогают установить истину.
– Вот как, – усмехнулась Ирен. – Почему я не удивлена?
– Они готовы часами рассказывать о каждом из украденных экспонатов, но, увы, не могут вымолвить ни словечка о чем бы то ни было ином. В частности, – профессор сделал паузу, отвлекшись на золотистый картофель, – милорды удивительно единодушны в своем молчании касательно финансов.
– А как это связано с фараоном?
– Не буду вас утомлять логической цепочкой.