Джон Ронсон – Самовлюбленные, бессовестные и неутомимые. Захватывающие путешествия в мир психопатов (страница 10)

Дальнейшие события были еще более запутанными: сначала мне прислали несколько экземпляров книги, потом — еще 80 штук прямо в офис. После этого появились те, что были найдены под мостом на территории университета, где я работаю. А после экземпляры стали приходить по всему миру людям, которые заняты в самых разных областях — искусственный интеллект, биология и так далее. И затем появляются странные, вырезанные ножницами слова и приклеенная записка, адресованная мне. Все это полное безумие. Я мог бы рассказать еще очень многое, но у меня нет времени.

Я много раз встречался с людьми, которые умны, психически неуравновешенны, с людьми, которые считают, будто разгадали тайну Вселенной. Этот конкретный случай для меня исключительно прозрачен, потому что, очевидно, связан с исключительной одержимостью».

Далее Дуглас Хофштадтер сообщил, что в этой загадке действительно есть отсутствующее звено, но получатели все не так поняли. Они считали, что затея была гениальной и рациональной, потому что сами они были талантливы и рациональны, ведь мы, люди, склонны думать, что окружающие похожи на нас. Но недостающим звеном был тот факт, что автор — псих, поэтому книгу невозможно расшифровать.

«Петер Нордлунд?» — подумал я.

Может ли он быть единоличным организатором всего происходящего? Однако и этот вариант виделся мне маловероятным. Успешный человек, знаменитый врач-психиатр, химик, который специализируется на белковых соединениях, что бы это ни значило, консультант в компании, занимающейся биотехнологиями и разработкой лечебных белков, — и чтобы он был исключительно одержимым психом, как сказал Хофштадтер?

Но тем же вечером в 7 часов, когда я встретился с Петером Нордлундом, быстро стало очевидно, что именно он виновник переполоха. Это был высокий человек, 50 с небольшим лет, с приятным интеллигентным лицом. На нем был твидовый пиджак. Они с супругой встретили меня на крыльце своего дома. Петер мне сразу понравился — по его лицу блуждала широкая, добрая, загадочная улыбка. Еще я отметил, что он все время заламывал руки, что выдавало в нем некую одержимость. Я тоже так делаю. У меня сразу появилось ощущение, что с точки зрения одержимости вещами, которые не имеют значения, мы с ним весьма похожи.

— Удивлен, что вы здесь, — сказал он.

— Надеюсь, приятно удивлены, — заметил я.

После короткой паузы он снова заговорил:

— Если вы изучаете книгу «Бытие или ничто», то понимаете, что никогда не узнаете, кто автор.

— Мне кажется, я уже это знаю. Я думаю, это вы.

— Я не… — Он оборвал предложение. — Я нисколько не удивлен вашему предположению.

— А оно верное? — уточнил я.

— Конечно нет, — ответил Петер.

Петер (кстати, «Петер Нордлунд» — это ненастоящее имя, и его жену зовут вовсе не Лили) принялся переминаться с ноги на ногу. Он вел себя словно сосед, к которому ты зашел в момент, когда у него что-то закипало на плите. Я понимал, что за маской дружелюбной рассеянности мужчина пытался скрыть ошеломление от моего приезда.

— Петер, — начал я. — Разрешите спросить хотя бы об этом. Почему именно эти люди были выбраны получателями книг?

Нордлунд слегка вздохнул, его лицо посветлело, словно я задал самый лучший вопрос, какой только мог.

— Что ж… — начал он.

— А ты откуда знаешь, кому отправили книги? — вмешалась в разговор Лили. Она явно злилась. — Ты же просто переводил ее.

После этих слов Петер собрался с мыслями и снова надел маску.

— Да, да, — сказал он. — Мне жаль, но, пожалуй, мы должны закончить беседу на этом. Я просто хотел вас поприветствовать. Я сказал больше, чем стоило… Пообщайтесь с моей супругой.

Мужчина улыбнулся и ушел в дом, а мы с Лили просто смотрели друг на друга.

— Я сейчас уезжаю в Норвегию, — сказала она. — До свидания.

— До свидания, — ответил я.

И направился в Лондон.

А дома обнаружил письмо от Нордлунда.

«Вы показались мне весьма приятным человеком. Первый этап этого проекта скоро будет закончен. На следующем уровне им займутся другие люди. Я не знаю, возьмут ли вас в расчет, но вы узнаете…».

«Я с радостью поучаствую в проекте, если посоветуете, как это сделать», — таков был мой ответ.