Джон Кабат-Зинн – Выход из депрессии. Спасение из болота хронических неудач (страница 92)

Для Тары, как и для каждого из нас, сложность и ответственность в этой простой практике состоят в том, чтобы как можно лучше посвятить ей себя, помня, что важен наш настрой по отношению к текущему моменту — то, что мы привносим в него. А что мы получим в итоге — нам неподвластно. Это часть приключения: наблюдать сострадательно, как можно лучше, и видеть, к чему посреди нашей каждодневной жизни приводят такая пауза и настройка на самих себя. Вот и все. При этом если мы заражены мыслями вроде «это не работает», или «у меня нет времени», или «очевидно, я делаю это неправильно», то мы начинаем видеть, что эти мысли — именно то, что мы должны осознать, и в точности то, что нам нужно признать. Если мы хотим приложить усилия, чтобы пробудиться и жить осознанно, то нам только нужно не забывать уделять время использованию трехминутной дыхательной медитации и в это время как можно лучше посвящать себя ей. Это можно выразить так: каждый из нас ответственен за свой вклад. Нет нужды беспокоиться о результате, особенно о том, «работает ли медитация». Мы предлагаем вам быть терпеливыми, упорно продолжать практику и посмотреть, что получится.

На следующей неделе практики трехминутной дыхательной медитации Тара решила, что стоит попытаться привнести в нее чувство «приятия». Она решила, что не обязана «делать это хорошо» или достигать какого-то определенного результата. Простого выполнения практики будет достаточно. Когда она вернулась в класс на следующую сессию, она с удивлением рассказала: «Я заметила ощущения. — Не знаю, присутствовали ли они все время и я их не замечала, или же это что-то новое. Но я определенно чувствую это физическое ощущение тревоги, которого я не чувствовала ранее. Подозреваю, что все-таки эти ощущения присутствовали и раньше».

Как и в других медитативных практиках, если мы будем ставить цели для трехминутной дыхательной медитации, то мы возвратимся из состояния бытия в состояние деятельности.

На этом этапе из отчета Тары неясно, как для нее все обернется, но ее впечатления подтверждают, что, когда она позволила физическим ощущениям тревоги быть в поле своего внимания, она получила возможность понять их по-новому и, следовательно, увидеть их новые стороны. Она назвала это «приливами и отливами» этих ощущений.

«Думаю, мое тело дало мне знать об этих ощущениях, — сказала Тара. — И тогда я смогла сфокусироваться на них и, знаете, почувствовать, что происходит. Я никогда на самом деле не обращала внимания, что же со мной происходит на физическом уровне. Я определенно часто обращала внимание на мысли, но никогда на ощущения. Это все изменило. Не то чтобы стало лучше или хуже, но тут присутствуют отливы и приливы, то есть постоянное изменение в текстуре и чувствах».

Трехминутная дыхательная медитация напомнила Таре об одном из центральных посланий всей программы направленного внимания: учиться, как по-другому относиться к постоянно изменяющимся реакциям в голове и в теле; держать повторяющиеся реакции ума и тела в принимающих и теплых объятиях осознавания, особенно тогда, когда мы устали, подавлены или обеспокоены, когда старые привычные реакции разума беспокоят нас особенно сильно. Эту мысль хорошо подытоживают слова Тары: «Я понимаю, как ценно, что я замечаю приливы и отливы, как чувства меняются сами по себе и, значит, мне не нужно их исправлять. Просто быть с ними и при этом не бояться их больше».

Хана заметила, что может практиковать трехминутную дыхательную медитацию, когда спокойна, но ей гораздо труднее этим заниматься, когда дел навалом. «Этим легко заниматься, когда я относительно спокойна. Также нетрудно, когда видишь, как приближается большая черная туча: берешь себя в руки и занимаешься. Но вчера и сегодня я была действительно занята. Все так суетились, и я тоже бегала туда-сюда, вниз-вверх по эскалатору». Хана чувствовала, что день выдался суматошным. В этой ситуации практика и все остальное, что она должна была делать, невольно отодвинулись на задний план вихрем событий, и она критиковала сама себя за то, что забыла про нее. «Это было ужасно, — рассказывала она, — и мне надо было отдышаться и успокоиться, но в сегодняшнем безумии я даже не вспомнила об этом. Я полностью погрузилась в дела».