Джон Кабат-Зинн – Выход из депрессии. Спасение из болота хронических неудач (страница 73)
Как мы только что описали, смысл этой практики заключается в том, чтобы через экспериментальную площадку нашей терапевтической программы и через саму практику медитации открыть для себя и развивать более эффективные способы реакции на неприятные чувства и эмоции. Это навыки, которые развиваются в рамках весьма ограниченной учебной ситуации, затем могут быть использованы там, где это действительно нужно, а именно в повседневной жизни. И эффект может быть поразительным, как это открыла для себя Мэг:
«Вчера я проснулась очень злой. Я была просто в гневе. И точно знала, по какому поводу. Накануне у меня была встреча с моим куратором (я готовлю к сдаче проект в колледже). Она обещала мне, что прочтет мою рукопись перед нашей встречей и скажет свое мнение. Крайний срок уже скоро, у меня полно другой работы, и мне необходимы были ее комментарии, чтобы я все закончила за выходные. Когда я приехала, она извинилась и сказала, что у нее не было возможности просмотреть мою работу. Она сказала, что уезжала, и т. д. и т. п. Она пробежала глазами рукопись, дала несколько расплывчатых советов о том, как делать чистовик, и сказала, что все и так хорошо. Мы закончили, и я, в общем, чувствовала себя более или менее сносно. Я решила, что начну работать над чистовиком следующим утром, и отправилась спать. Это было позавчера.
Но на следующее утро после нашей встречи я проснулась озлобленной. Все гневные мысли снова и снова проносились в моей голове: “Ведь она же знала, что я принесу ей рукопись, наверное, ей просто наплевать. Может, она не хочет быть моим куратором. Что ж, если так, я уйду с курса. Я все брошу. Просто оставлю ей записку, что больше не приду на занятия. Вот тогда она об этом пожалеет”. Потом я сказала себе, что это глупые мысли и что я приняла все это близко к сердцу. Потом, только я думала, что уже успокоилась, возникала другая злая мысль, и я представляла, как куратор читает мою записку об уходе, или воображала, как навсегда ухожу из колледжа».
«Так я, наверное, пролежала минут пять, предаваясь гневу. Затем я вспомнила о том, чему нас учили, что нужно делать, когда мы застреваем в разговорах с собой: надо отойти от мышления и обратить внимание на то, как и где наши мысли и эмоции отзываются в теле. Я переключила внимание на тело и отчетливо почувствовала “зажим” в груди и в области желудка. Лежа в постели, я держала в поле внимания все эти ощущения, которые возникают в моем теле. И вдруг все эти ощущения пропали, а вместе с ними и гнев. Вот так, раз — и все. Я не могла поверить в это, как будто я дотронулась до мыльного пузыря, и его не стало.
Я поднялась, подошла к столу, включила компьютер и начала работать над проектом. Хотя мысли о том, что она не прочитала мою работу, время от времени возвращались, но уже без отрицательного эмоционального заряда».
Все это звучит почти как чудо. Вообще люди, которые проходили тренинги по развитию направленного внимания, описывая свой опыт, похожий на опыт Мэг, используют такие слова, как
История Мэг показывает: когда мы испытываем трудные нежелательные эмоции, можно трансформировать негативный опыт, намеренно направляя внимание на то, как эти чувства и эмоции ощущаются в теле. И мы еще раз убеждаемся в том, что развитие направленного внимания при работе с телом при малейшем подозрении на чрезмерную негативную эмоциональную реакцию помогает нам избежать хронического ощущения несчастья и депрессии. Это также позволяет нам принимать собственные неприятные чувства без борьбы с ними, предоставляет нам возможность на самом деле чувствовать себя живыми, несмотря на то, через какой опыт мы проходим и с какими трудностями сталкиваемся.