Джон Кабат-Зинн – Выход из депрессии. Спасение из болота хронических неудач (страница 14)

О чем нам говорят эти эксперименты? Состояние неблагополучия так влияет на наше тело, что мы непроизвольно, не отдавая себе в этом отчета, утрачиваем способность к объективной оценке происходящего. Сэм ехал домой в своей машине после тяжелого дня на работе. Желая поскорее оставить в прошлом все неприятности, он намеревался поужинать и после посмотреть по телевизору баскетбол. Он не замечал, как нервно сжимал руль и как все мускулы его правой руки напряглись. Внезапно прямо перед ним возникла машина, вылетевшая из переулка, ему пришлось ударить по тормозам, и он прямо-таки налег на гудок и закричал: «Идиот! Ты вообще кого-нибудь, кроме себя, уважаешь?!» Он удивился, почувствовав, как его лицо раскраснелось, а мысли вдруг вернулись к покупателю, с которым у него было столько проблем. Сэм начал сварливо рассуждать о том, насколько у этого парня нет уважения к окружающим, и о том, что никто его не уважает и что он сыт по горло своей негодной работой… и все в таком духе. Когда он добрался до дома, он уже потерял аппетит, вместо ужина налил себе крепкого виски и весь вечер не общался с женой и детьми.

Не только паттерны негативного мышления влияют на наше настроение и на наше тело. Петли обратной связи в другом направлении, от тела к разуму, тоже играют важнейшую роль в постоянном возвращении и усугублении несчастья и неудовлетворенности.

Тесная связь между телом и эмоциями обозначает, что наши тела действуют как высокочувствительные датчики эмоций. Они выдают нам ежесекундные показания о нашем эмоциональном состоянии. Конечно, большинство из нас не обращает на это внимания. Мы слишком заняты обдумыванием. Многие из нас воспитаны так, чтобы игнорировать свое тело: мол, важнее достижение собственных целей. Как правило, нас не учат, что будучи внимательными к своей физической сущности, мы можем учиться и расти, увеличивать эффективность в социальных взаимодействиях и улучшать свое здоровье. Еще слово «сущность» можно заменить на «природа». На самом деле, если мы страдаем депрессией, мы можем почувствовать сильное неприятие любого сигнала, который выдаст наше тело. Это могут быть сигналы о постоянном напряжении, изнеможении и разбитости. Мы бы предпочли ничего с этим не делать в надежде, что внутреннее беспокойство уляжется само по себе.

Естественно, нежелание разбираться с болевыми ощущениями и с напряженной мимикой — это уход от проблемы и, как следствие, большее неосознанное напряжение в теле и в разуме. Постепенно нам становится все хуже, и мы все менее и менее становимся способны к нормальной деятельности. Депрессия начинает влиять на четвертый аспект нашей жизни: на наше поведение.

Будучи детьми или в молодости, мы, возможно, получали советы от «доброжелателей»: «не сдавайся» или «просто преодолей это» — в тот момент, когда мы были особенно подавлены и несчастны. Возможно, где-то на жизненном пути мы усвоили, что показывать свои эмоции постыдно или что это является проявлением слабости. Мы естественным образом смирились с мыслью, что люди будут думать о нас самое плохое, если узнают, что мы в депрессии.

Мышление, сопровождающее депрессию, с его основными темами несостоятельности и никчемности, легко переносится на любую ситуацию. Даже не замечая этого, мы можем завязнуть в твердой убежденности, что практически любой стресс и любые сложности, которые мы испытываем, — это наша вина и что мы должны сами с этим разобраться. И когда более упорная работа над собой не помогает, это тоже наша вина. В результате мы приходим к окончательному истощению.

Когда Алисино настроение начинало падать и она чувствовала, как теряет свою энергию, она сознательно применяла стратегию прекращения «неважной» и «несущественной» — праздной — деятельности, которая на самом-то деле приносила ей удовольствие, такой как встречи с друзьями или выход в свет. Как ей казалось, эта стратегия имела смысл, так как при этом она могла сфокусировать свою убывающую энергию (которую она рассматривала как жестко ограниченный постоянный ресурс) на своих более «важных» и «необходимых» обязательствах. Это разумно, если не считать, что важными обязательствами Алиса считала необходимость быть идеальной домохозяйкой, матерью и работником, а также, конечно, отвечать всем требованиям и чаяниям семьи, друзей, коллег и начальства, вне зависимости от их резонности и реалистичности. Прекращая «неважную» и «несущественную» деятельность, которая поднимала ей настроение и скорее увеличивала, а не уменьшала ее энергетический резерв, Алиса лишила саму себя одного из наиболее простых и наиболее эффективных способов по предотвращению скатывания в депрессию.