Джин Брюэр – Миры Прота. Отчёт Прота на Ка-Пэкс (страница 14)
Дальше мы обсудили проблемы других пациентов. Один из них — вышеупомянутый «Альберт Эйнштейн», американец китайского происхождения, физик по образованию, уверенный, что время не только проходит, но и ускоряется! Альберт был весьма успешен в профессии, пока не пережил нервный срыв несколько месяцев назад во время презентации своей работы о природе времени.
Мы все пребываем в иллюзии, что время постепенно ускоряется по мере нашего приближения к старости. В своей работе Альберт предположил, что это ощущение нас не обманывает и имеет под собой реальную основу: время действительно ускоряется, и это как-то связано с расширением Вселенной. На презентации он в слезах уверял шокированных учёных, что время действительно ускоряется, что жизнь всё быстрее проходит мимо него и сидящих в аудитории. После встречи со своим психиатром он был госпитализирован в «Большой Институт»[25] в Колумбии, где Альберта активно лечили электрошоком и другими методами, но не достигли успеха, поэтому направили его к нам. Сейчас он большую часть времени проводит в своей комнате с карандашами и кипами бумаг в лихорадочной попытке совершить невозможное: найти способ замедлить или остановить время с помощью математики. Как ни странно, когда Альберт слишком устаёт, чтобы думать, то тихо сидит и ничего не делает, чтобы заставить минуты течь настолько медленно, насколько это возможно. Как и многие наши пациенты, Альберт спит очень мало. На психоаналитических сессиях он мучительно стонет и ёрзает в кресле, затем резко вскакивает и бежит за дверь в надежде компенсировать потерянное время.
Следующий пациент — женщина, страдающая необычной формой шизофрении или ранее неизвестным видом биполярного расстройства личности (ранее называвшегося маниакальной депрессией). Пациентка, назовём её Алиса, иногда видела себя совсем крохотной, размером с насекомое, в мире гигантов. В такие моменты Алиса с ужасом представляла, как её давят ботинком или как она тонет в чашке чая, как её съедает кошка и т. д. В другие периоды она ощущает себя гигантской и всемогущей, имеющей безграничный контроль над всем, что её окружает, включая персонал и других пациентов. Иногда Алиса кажется совершенно нормальной и просит своего лечащего доктора (Гольфарб) «выпустить её из этого сумасшедшего дома».
Мы понятия не имеем, по какой причине у неё развилось столь необычное отклонение, как и не знаем, откуда возникли другие фобии[26], компульсии[27] и социальные девиации[28], жертвам которых не удавалось помочь даже с помощью самых современных нейролептиков.
Карл Бимиш поддержал Вирджинию с предложением, что прот может поговорить с кем-то из этих пациентов. Подозреваю, это и было причиной обсуждения Альберта и Алисы в ходе собрания. Никто, кроме меня, возражений не имел. Я настаивал, что, несмотря на удивительную способность прота помогать пациентам в прошлом, наша главная ответственность — это Портер и
Моим главным приоритетом было заново интегрировать сильную личность прота с личностью Роберта Портера, чтобы рано или поздно его семья снова зажила нормальной жизнью: Жизель заново обрела бы мужа, а их сын — утерянного отца.
Прот показался весёлым и расслабленным, когда пришёл в мой кабинет на следующее утро.
— Счастливого Дня Ветеранов![29] — выпалил он, когда подходил взять грушу.
Я наблюдал, как он ест весь фрукт целиком, как обычно причмокивая губами. Это было восхитительно и отвратительно одновременно.
— Что ты знаешь про День Ветеранов?
— Только то, что обычно его называли «День Перемирия»[30], но затем поменяли название, поскольку оно создавало неверное впечатление.
— Какое впечатление?
Чав, чав, чав.
— Что мир на Земле — это здорово. Вы предпочли славить своих воинов, чтобы было легче привлечь в армию новых. Ты не знал?