Дмитрий Емельянов – Каста Неприкасаемых 2 (страница 42)

Таис обрывает меня на полуслове.

— Я могу сделать это быстро.

Один взгляд ей в глаза, и я понимаю, о чем она, но и парни понимают тоже. Дамир отрицательно машет головой.

— Нет, я к ее колдовству и пальцем не прикоснусь!

— Я тоже! — Набычась, Салах встает рядом с другом.

Бросаю на них злой взгляд.

— И что будете делать?! Время то утекает!

Протягиваю свою миску Таис.

— Давай, делай!

Девушка проводит раскрытыми ладонями над посудиной. Ее губы шепчут что-то невнятно, а голубые глаза загораются ледяным безжизненным пламенем. Завороженно смотрю на нее и чувствую, как нагревается скорлупа в моих руках.

— Все! — Таис поднимает взгляд, мгновенно превращаясь в прежнюю обычную девушку. — Можешь наливать!

Киваю ей и смотрю на парней.

— Ну, что вы решили? Время не ждет!

Насупившись, они молча стоят, и видно, как их разум лихорадочно ищет решение. Не желая терять драгоценные мгновения, давлю на них.

— Ну…!

И тут, взгляд Салаха цепляется за коричневую полоску между камнями, и он радостно восклицает:

— Глина! — Короткий перегляд с Дамиром и разъяснение. — Намажем миски изнутри глиной. Хватит, чтобы донести донизу.

Вижу, как радостно загорелись глаза Дамира и решаю не спорить.

— Ладно, давайте быстрей, и догоняйте! — Поворачиваюсь к Таис. — Ты как, готова?!

Получив утвердительный кивок, зачерпываю воду, и устремляюсь к тропе. Бегу уже привычно держа равновесие. Аккуратно перескакиваю корни и обегаю попадающиеся валуны. С каждым шагом прислушиваюсь к тому, что творится за спиной, и уже перед самым храмом с радостью слышу догоняющие шаги еще четырех ног.

Выскакиваем на площадь все вместе, и с последней песчинкой протягиваем старику миски. Не сказать, чтобы они полные, но и пустыми их тоже не назовешь. Так колыхается водица на дне, но ведь никто не говорил сколько должно остаться.

Посмотрев, старик кивает, и словно через силу соглашается.

— Ладно, будем считать, что с первым зданием вы справились. — Прищурившись, он глянул на солнце. — Сейчас можете отдохнуть и поесть, — он демонстративно перевернул часы, определяя сколько на это дается времени, — а потом продолжим.

За отпущенное время успели набить брюхо тем, что осталось с завтрака, но лишь только вытянулись полежать после еды, как вновь появился Сайко. И не один.

Поднимаясь на ноги, с тревогой смотрю на здоровенную кобру в его руках. Раздутый капюшон, открытая шипящая пасть и два желтых ядовитых зуба.

— Интересно, что это хрыч задумал?! — Опережая меня, ворчит за спиной Дамир и косится на змею. — С детства не люблю этих тварей.

Мы выстраиваемся в линию, а старик кладет змеюку на землю. Прямо перед нами, в шагах трех всего, а возле нее ставит маленькое перепелиное яйцо.

— Достаньте мне его. — Говорит он, разгибаясь, и довольно так лыбится, глядя на нас. — Целым и невредимым. — Подойдя вплотную, он тыкает в Салаха пальцем. — Давай, ты первый!

Шипя, кобра сворачивается в кольцо. Голова с раздутым капюшоном вздымается над плитами на целых два локтя. Раздвоенный язык снует как челнок, а маленькие глазки нацелено следят за приближающимся Салахом. Тот же, не стушевавшись, обматывает своей рубахой правую руку и медленно подходит к змее.

Чуть присев, он осторожно тянется к яйцу.