Дмитрий Емельянов – Братство Астарты (страница 61)
На круглом столе в середине залы стоял искусно выполненный макет долины вместе с городом, рекой и осаждающей его армией. Толпа благоразумно расступилась, пропуская стратилата и его секретаря к столу. Иоанн, последовав недавнему совету своего нового командира, предпочел остаться в тени. Отсюда ему был хорошо виден Наврус, прохаживающийся вдоль стола, заложив руки за спину, и та нескрываемая ненависть во взгляде, которой его встретили императорские дети.
Неожиданно в шатре прогремело:
— Император!
Разговоры и перешептывания мгновенно стихли, наступила оглушающая тишина. Затем полог распахнулся и вошла охрана, занявшая места у входа и вокруг трона. Вслед за ними появился высокий крупный мужчина с жесткими цепкими глазами. Лицо Константина II несло уже нескрываемые следы старения и невоздержанности: одутловатое, с мешками под глазами и красным, несоразмерно большим носом с черными точками угрей. Базилевс, расположившись на троне, обвел всех присутствующих не сулящим им ничего хорошего взглядом. За троном тут же возник логофет двора Варсаний Сцинарион — Иоанн мог бы поклясться, что не видел, как тот вошел, хотя смотрел во все глаза.
Император остановил тяжелый взор на стратилате:
— Давай, Наврус, не томи. Поведай людям, как обстоят дела.
Фесалиец не стушевался и, развернув свиток, начал бойко тараторить:
— Два легиона имперской пехоты, четыре диких, двадцать тысяч вспомогательной конницы — все подтянулись и собраны в лагере. Больше пятидесяти тысяч человек, не считая всякий сброд, как то: слуги, погонщики, носильщики и прочие. Все хотят жрать, еды с каждым днем становиться все меньше и меньше, а доставка ее все труднее и труднее.
За подобный доклад даже первенец Василий получил бы такой разнос, что мало не покажется, но Наврусу базилевс прощал и не такое.
— Ну и что ты предлагаешь?
Выдержав испытующий взгляд императора, Наврус почесал голый подбородок.
— Штурм, и как можно быстрее, иначе армия нас сожрет.
— Наврус, ты бы сам поменьше жрал и свиту свою разогнал — глядишь, армии еще на месяц хватило бы. — Константин говорил жестко, но беззлобно, словно выговаривая ребенку.
Варсаний склонился к уху базилевса и что-то быстро прошептал. Император кивнул и поднял взгляд, а логофет выпрямившись бросил в зал:
— Остаются только семья, стратилат и командиры легионов. Остальные свободны.
Видя, что секретарь Навруса уходить не собирается, да и трибуны легатов остались на месте, Иоанн подумал, что тоже может поприсутствовать, даже не причисляя себя к семье.
Базилевс, повернувшись, чуть заметно кивнул Варсанию, разрешая говорить. Тот еще раз оглядел собравшихся и, убедившись, что посторонних не осталось, начал:
— Как сообщает разведка, город хорошо подготовился, и может просидеть в осаде до полугода, ни в чем не нуждаясь. Мы не можем себе позволить такого срока, тут я соглашусь со стратилатом. Штурм неизбежен, но… Тяжелые катапульты доставят и соберут недели через три, это значит, до штурма не меньше месяца. Сейчас я хочу выслушать вас, господа: есть ли у вас предложения, способные ускорить развитие ситуации? — Логофет вновь, уже вопросительно, обвел взглядом легатов. Видимо, никто из присутствующих не был готов к такому развитию событий, поскольку все опускали глаза, боясь посмотреть на Сцинариона.
— Ни у кого никаких идей? — еле слышно произнес император, и голос базилевса подействовал на окружающих, как шипение змеи на мышь. Все замерли, боясь пошевелиться и ожидая смертельного броска на малейший шорох.
— Есть одна мысль!
Слова стратилата были встречены вздохом облегчения. Буря миновала!
— Ну хоть кто-то не зря ест мой хлеб! — Константин удовлетворенно откинулся на спинку и расслабился. — Говори!
Наврус глубокомысленно поднял вверх указательный палец:
— Надо заставить их выйти из города. — Он замолчал, и его мясистые губы растянулись в загадочной улыбке.
Император не любил загадки, в его глазах мгновенно полыхнуло пламя бешенства:
— Если это все…
Змея снова угрожающе заиграла кольцами, и Фесалиец, наступив на горло собственной песне, сократил свою театральную паузу и, взмахнув рукой, продолжил: