Дмитрий Емельянов – Братство Астарты (страница 27)
— Ведьма!
Из круга гогочущих всадников послышались обидные выкрики:
— Что, Кот, с бабой справиться не можешь?
Вот теперь Ранди разозлился по-настоящему. Из глаз пропала смешинка, а губы сжались в тонкую линию.
— Сама напросилась!
Он пошел в атаку, как буйвол, решив, что хватит играться — пора заканчивать. Расставив ноги, девушка ждала летящую на нее тушу. Мгновения капали в ее голове: раз, два, три! Пора! Клинок рванулся навстречу огромному телу, но оно вдруг исчезло, и нож провалился в пустоту. Ранди увернулся в последний момент с совершенно потрясающей быстротой: его тело, не снижая скорости, просто нырнуло в песок и, скользя по инерции, буквально снесло хрупкую девушку. Выбитый из рук нож полетел в сторону. Варвар попытался придавить девчонку к земле, но ему это не удалось. Грохнувшись затылком, она не затихла, а, извернувшись, как змея, выскользнула из-под его тела. Вытянувшись в струну и скребя ногтями по песку, рука Зары тянулась к заветной рукояти, когда в голове у нее потемнело и все тело налилось парализующей тяжестью. Глаза закатились, на губах выступила пена, а в сознании зазвучал голос учителя:
— Не сопротивляйся! Пусть они захватят тебя! Предоставь все судьбе, она приведет тебя к новой цели. Его имя Иоанн Страви. Ты должна стать для него всем! Его глазами, ушами, его душой! Не расставайся с ним ни днем, ни ночью, я хочу знать о нем все! О чем он думает, мечтает, чего боится! Найди и защити его, он должен остаться в живых любой ценой!
Глава 11
Тяжелая, богато отделанная повозка в окружении вооруженных всадников с огромным трудом ползла по дороге к перевалу. Пешие слуги, упершись босыми пятками в каменистую землю, изо всех сил помогали четверке лошадей втащить колымагу наверх. Последние шаги давались особенно нелегко, люди и животные выжимали из себя остатки сил. Но вот наконец повозка выкатилась на плато, и лошади, невзирая на щелканье кнута, упрямо остановились, а люди в изнеможении попадали прямо у колес.
Иоанн открыл отделанную позолоченной резьбой дверцу кареты и спрыгнул на дорогу. Длинные, давно не мытые волосы черными паклями висели вдоль его худого лица. Дорогая одежда, так заботливо отобранная матерью, теперь выглядела грязной и засаленной. Несколько неуверенных шагов — размять затекшие ноги, — и он решительно зашагал к краю дороги. Там, за густыми деревьями, чувствовалась еще не видимая бездна ущелья.
Вслед ему из темного нутра кареты раздалось кряхтение и голос Прокопия:
— Подождите, цезарь. Я, пожалуй, тоже пройдусь.
Патрикий буквально вывалился наружу и, промокая платком вспотевшую, лысину поплелся следом.
Взгляды всадников охраны вопросительно застыли на своем командире, и Лу́ка Велий, подумав, махнул рукой: привал. Перекинув ногу через седло, он соскользнул на землю и бросил поводья подбежавшему слуге. Его взгляд неотрывно следил за долговязой фигурой, взбирающейся на край обрыва. Покачав головой и вздохнув: «Вот же неймется ему!» — комит двинулся вслед за своим подопечным. Он быстро догнал пыхтящего сановника и помог тому взобраться на каменную гряду из крупных, обточенных ветром валунов. Иоанн уже стоял там, потрясенный величественностью открывшегося вида.
Перед ними стелилась широкая долина с голубой извилистой лентой реки. Зажатая с обеих сторон мрачными скалистыми горами, она, как райский уголок, радовала глаз зеленью садов и желтыми квадратами полей. Картина была бы идеальной, если бы не реалии войны, брошенные на холст жирными черными мазками. Сожженные деревни на склонах долины уже догорели и темнели пятнами уродливых пепелищ, а единственная дорога, бегущая вдоль реки, была забита войсками и обозами. Этот человеческий поток, петляя, упирался в огромный военный лагерь — многотысячный бурлящий людской муравейник, окружающий стены древнего города. Отсюда, с заоблачной высоты, стан осаждающей армии выглядел гигантским, бесформенным грязным пятном, растекшимся вокруг городского рва. В этом царстве хаоса тысяч шатров и бесчисленных повозок ровным белым прямоугольником выделялись лишь стройные ряды палаток имперской пехоты, окруженные смотровыми вышками и частоколом.