Дмитрий Емельянов – Братство Астарты (страница 20)

Все молча согласились, что план разумен и осуществим, и все же Тирос не удержался от ворчания:

— Зря ты доверяешь магу, перешагнувшему за границу живого мира! У него может быть своя игра.

— Я никому не доверяю, но на сегодняшний день мы союзники. Орден и Трибунал гоняются за Странником не менее рьяно, чем за нами, и ради спокойной жизни он готов с нами сотрудничать. Я говорю только о сегодняшнем дне, а что будет завтра — завтра и увидим. Не все возможно просчитать, и я соглашусь с вами — риск очень велик. Но другого выхода у нас нет.

Брат Камол впервые отложил четки и поднял на магистра выразительный взгляд:

— Пока все выглядит убедительно. Насколько я понимаю, ты хочешь, чтобы мы взяли на себя согласие Хозроя и Муслима?

— Не совсем так. Самым слабым местом нашего плана остается Ур. Если город падет — все лишается смысла. — Тут Эрторий посмотрел на Тироса: — Я хочу, чтобы ты, брат, проник в осажденный город и не позволил ему сдаться. Город должен продержаться как минимум три месяца — за этот срок я надеюсь втянуть султана в войну.

Не получив ответа от Тироса, Великий Магистр не стал давить на него, дав время подумать, и вновь перевел свое внимание на Камола:

— Султана возьмешь на себя ты, брат Камол из Афры. Если вдруг мой прогноз не сбудется и этот бешеный пес захочет поменять правила, то обрати внимание на его старшего сына. Мне кажется, он слишком переживает, что засиделся в наследниках.

Пальцы Камола вернулись к четкам.

— Ситуация в Ибере для меня прозрачна. Думаю, долго уговаривать не придется — план султану понравится. Унизить Сардию и разгромить империю одновременно — такое даже в самых сладких снах ему не могло присниться. Двинусь в путь утром, и через три, максимум четыре недели ты получишь ответ Муслима. Посредником для твоего вхождения будет, как и прежде, мой помощник Никос.

Эрторий одобрительно кивнул на слова Камола и повернулся к Тиросу:

— Что ты ответишь, брат Тирос? Есть мысли, как удержать город?

— Я не был в Уре почти десять лет. Сейчас могу сказать только, что город хорошо укреплен, а жители его несговорчивы, с остальным разберусь по прибытию. Обещаю, Константин обломает зубы под стенами Ура.

— Хорошо, с утра отправляйтесь в путь. Брат Тирос, кого ты возьмешь посредником для контакта со мной?

На лицо Тироса Иберийского легла тень печали.

— Это сложно. Мой старый испытанный друг Фарго перед самым отъездом из Царского Города был схвачен Трибуналом. Кто-то донес, и это ест меня поедом, не давая покоя. Где-то вокруг меня ползает крыса. Сейчас со мной его сын Илларион — он хороший мальчик, но еще не испытан в настоящем деле. Придется использовать его — другой кандидатуры быстро не найти.

Великий магистр согласно кивнул:

— Пусть будет Илларион. Через три недели подготовьте мое вхождение — скоординируем наши действия.

Глава 9

Солнце уже скрылось за пиками гор, но было еще достаточно светло. Небольшая деревушка, не больше двух десятков дворов, казалась, специально прижалась к склону горы, чтобы пропустить широкий тракт, ведущий к торговому городу Уру. Несмотря на еще не поздний час, тишину не нарушали ни голоса людей, ни лай собак. Деревня была пуста. В долину Ура страшной грозовой тучей надвигалась война, и последние жители деревни, забрав все, что можно было увезти с собой, сбежали под защиту городских стен. Армия базилевса еще не перешла перевал, но в долине уже было небезопасно — повсюду рыскали шайки мародеров и передовые отряды имперской вспомогательной кавалерии. Закрывшийся город без боя отдавал на разграбление врагу свое главное богатство — плодородную долину Ур Нис.

Тирос Иберийский рассматривал деревню, прячась за большим валуном, а рядом лежал совершенно выбившийся из сил парень. По его осунувшемуся лицу и синякам под глазами было видно, что переход был не из легких.

Тирос взглянул на сына старого друга и подумал, что Иллариону еще расти и расти до высот своего отца.

— В город пойдем ночью. Сейчас слишком светло, чтобы выходить на открытое пространство, — напоремся еще на кого-нибудь.

Ибериец еще раз оглянулся на своего спутника и, со вздохом оценив его состояние, принял решение.