Дмитрий Емельянов – Братство Астарты (страница 13)
Рядом метались факелы вендов, слышались взволнованные голоса — кажется, весь город искал пропавшего Иоанна.
— Этого не может быть! — зарычал Лу́ка, сделав уже десятый круг по одним и тем же улицам и останавливаясь у крыльца длинного дома. — Этого не может быть!
Выкрикнув, он уперся взглядом в побелевшее лицо Прокопия и понял: надо взять себя в руки — из них двоих хоть кто-то должен мыслить разумно. Мозг лихорадочно начал просчитывать варианты. Если его убили, мы бы нашли труп. Значит, похитили! Надо срочно слать гонца в лагерь. Схолу немедленно в седло, и к утру оцепим это чертово городище. Перетрясем здесь все, но найдем хоть какие-то концы.
— Найди его, Лу́ка, найди! — Трясущиеся руки Прокопия вцепились в его рукав.
— Найду, патрикий, найду. Вы только не волнуйтесь, ради бога!
Лу́ка, как мог, успокаивал Прокопия вслух, а про себя решил жестко и безжалостно: не найду — лично спалю это варварское гнездо дотла!
Темнота загудела голосами множества приближающихся людей, и в круг света влетел донельзя взбудораженный Элисун в окружении ближников.
— Комит, господин патрикий, вы должны знать! Клянусь, я здесь совершенно ни при чем! Сам не понимаю, куда он подевался!
Стоящие дыбом рыжие волосы и бешено горящие глаза говорили о том, что рэкс вендов перепуган произошедшим не меньше туринцев. У него не было ни капли сомнений, на кого спихнут вину за пропажу цезаря. Кто поверит, что он тут ни сном ни духом!
В голове Велия росло непонимание. Он видел — рэкс не врет. Тогда кто? Кто похитил Иоанна? В этих горах только две силы — империя и венды!
Лу́ка решительно шагнул к рэксу.
— Поднимай всех! Обшарить городище еще раз, дом за домом, обыскать лес вокруг. Искать любой след! Любой! — Его взгляд впился в лицо Элисуна. — Время до утра! Не найдете — ты знаешь, что будет!
Угроза подействовала на рэкса, как кадушка холодной воды. Он вдруг выпрямился и огладил торчащие вихры.
— Ты, туринец, войной нас не пугай — венды войны не боятся! Мы искали и будем искать цезаря, но не потому что боимся твоих угроз, а потому что он наш гость, а пропажа гостя — позор для венда.
Он развернулся и кивнул своим:
— Поднимайте всех, искать по всей округе!
Люди уже помчались выполнять, когда вдруг раздался удивленно-радостный крик.
— Нашли! Нашли, вот он!
Прокопий бросился бежать так быстро, что даже Велий мог бы позавидовать его реакции. Голос раздавался совсем близко и, обогнув угол дома, патрикий чуть не сшиб двух мальчишек, тыкавших пальцами в заросли травы.
— Вон он!
Прокопий не верил своим глазам: они перерыли здесь каждый сантиметр, но то, что на земле лежал цезарь, сомнений быть не могло.
— Иоанн!
Завопив во всю силу своих легких, Прокопий бросился к лежащему. Лу́ка и еще с десяток вендов кинулись помогать патрикию. Они, мешая друг другу, перевернули тело, и у всех одновременно вырвался вздох облегчения. Иоанн дышал и что-то бормотал в пьяном сне.
— Несите его в дом! — заорал Элисун, и четверка вендов, подхватив распростертое тело, потащила его к крыльцу. Прокопий беспокойно семенил следом, а Велий, притормозив, подозрительно осмотрел место. Он мог поклясться, что прошел здесь раза три, не меньше, и не заметить лежащее во весь рост тело просто не мог.
— Чертовщина какая-то, — пробурчал он вполголоса и, не найдя ответа на свои вопросы, пошел вслед за всеми.
Глава 6
Иоанна уложили на ту же постель, с которой он совсем недавно с таким позором вскочил. Горницу, конечно, выдраили, перину поменяли, но очнувшемуся цезарю все равно повсюду чудился кислый запах блевотины. Рядом возвышались взволнованные лица Прокопия и Лу́ки, у дверей в толпе своей родни застыл Элисун, все они что-то спрашивали, сами же отвечали, и в конце концов создавали один невообразимый гул в похмельной голове Иоанна. В этом всеобщем словоизвержении он уловил только одну приятно удивившую вещь — никто не вспоминал о его позоре.
«Моя пропажа, — подумал Иоанн, морщась от головной боли, — спасла меня от унижения».
Он еще раз взглянул на запавшие глаза своего дяди и добавил уже с присущей ему иронией: «Если не считать близкое к инфаркту состояние Прокопия и чуть не разразившуюся войну с вендами, то мое похищение имеет одни положительные последствия».