Дмитрий Емельянов – Бастард Александра. Том 2 (страница 20)

Тут ведь как: два всадника, атакуя друг друга, должны рассчитывать свой удар так, чтобы не только поразить врага, но и самому не слететь с лошади. Ведь отдача прямо пропорциональна силе удара. В таком бою, при всех прочих равных условиях, выигрывает всегда тот, кто уверенней держится в седле. У него удар и вернее, и сильнее, да и сам он устойчивее на лошадиной спине. Поэтому стоящий в стременах всадник, подпертый высокой лукой седла, имеет огромное преимущество перед просто сидящим на лошади человеком. Примерно как стоящий во весь рост боец перед противником, ползающим перед ним на коленях.

Со своего места я вижу, как после столкновения только тройка вражеских всадников осталась в седле. Эти трое сразу же попали в полное окружение, и удары посыпались на них со всех сторон. Вот уже только один пышный гребень виднеется среди моих стандартных шлемов, но и он долго не продержался. Мгновение — и последний тоже повалился в истоптанную копытами траву.

Пока шло столкновение конницы, шеренгам гоплитов пришлось развернуться вдоль строя, дабы не оставлять у себя в тылу расступающихся перед ними стрелков. Стремительность движения и постоянные маневры полностью поглотили внимание тяжелой пехоты, и воины даже не заметили, как в одно мгновение была смята прикрывающая им фланг конница. Они осознали это только тогда, когда им в тыл ударила тяжелая кавалерия катафрактов.

Едва это случилось, как отступавшие перед ними стрелки развернулись и накинулись на них со всех сторон. Бой мгновенно принял совсем другой оборот, и бронированная пехота завертелась, как раненый буйвол в окружении стаи волков. Удары длинных кавалерийских пик посыпались на сжавшиеся в круг шеренги, и гоплиты начали нести прямо-таки катастрофические потери. К их чести, они всё же не дрогнули, а сохранили строй. Сжавшись в комок, они укрылись за щитами и ощетинились жалами копий. Из плотного строя пехоты в стрелков полетели дротики, и впервые с начала боя я увидел, как падают с коней мои бойцы.

«Это уже лишнее!» — бормочу про себя и командую трубить отбой.

Глава 5

Сатрапия Геллеспонтская Фригия, город Пергам, конец июля 318 года до н. э.

Вой трубы заставляет стрелков прекратить кошмарить гоплитов и отойти на безопасное от их дротиков расстояние. Остаток тяжелой пехоты все еще в кольце моих всадников, но побоище прекратилось.

Разгром трех десятков «храбрых рыцарей» и сотни гоплитов произошел так быстро, что фаланга не успела даже тронуться с места. Ее командиры, не получив от Гекатея прямого указания атаковать, предпочли не спешить и упустили момент, когда еще могли помочь своим. Ситуация же на поле боя изменилась так стремительно, что бросаться в атаку теперь стало для них уже и неразумно, и крайне рискованно.

Пускаю Аттилу вперед, и застоявшийся жеребец берет с места в карьер. За мной срываются с места Эней с Патроклом и трубачом. Мы вчетвером мчимся через все поле, а надрывный вой трубы по-прежнему выдает «отбой». В этот момент взоры почти трех тысяч человек устремлены на нас.

Пролетаю мимо своих стрелков, мимо окруженных гоплитов и правлю прямо к фаланге. Сейчас этот ощетинившийся сарисами строй представляет для меня главную ценность. Я по-прежнему хочу переманить этих людей на свою сторону.

Вздыбливаю жеребца в пяти шагах от линии выставленных копий и кричу так, чтобы меня услышало как можно больше воинов:

— Ваши командиры вас обманули! Завлекли блеском золота, и вы поддались уговорам. Поддались и забыли о клятве, что давали городу Пергаму, нанимаясь служить ему. Это преступление заслуживает смерти!

Мои слова наемники встретили гулом неодобрения, но я перекрикиваю его:

— Заслуживает смерти! Но у вас есть шанс получить прощение! — Выдаю все возможные децибелы, благо голосом мое новое тело не обижено. — Те, кто вас обманул, лежат мертвыми!

— Вон там! — тыкаю рукой туда, где была разгромлена конница Гекатея. — Им нет оправдания, и воздалось по заслугам! Вы же можете еще спастись!

Беру краткую паузу и в наступившей тишине слышу нервное дыхание тысяч людей.

— Я прощу всех, кто поклянется служить мне и перейдет в мое войско!