Дария Вице – Тихие люди (страница 8)

– Странно, – сказал он наконец. – Это ИП зарегистрировано всего полгода назад. Но по документам проходит через фонд Мельникова.

Катя почувствовала, как воздух становится тяжёлым.

– Через фонд?

– Да. Они часто переводят деньги туда. Как подрядчику.

Она посмотрела на реку.

600 000 рублей.

Фонд.

Мельников.

И сообщение: «Не верь им».

Катя вдруг ясно поняла: дело не в том, что Марина умерла.

Дело в том, кому были нужны эти деньги.

И почему после её смерти исчез ноутбук.

ГЛАВА 4. ЗАКРЫТО

Здание следственного отдела стояло на углу площади, серое и угловатое, как и всё в этом городе. Когда-то его фасад был светлым, но теперь краска облупилась, а табличка у входа потускнела. Внутри пахло бумагой и чем-то металлическим – старой мебелью, отоплением, временем.

Катя заранее знала, что её не ждут.

Она записалась на приём через знакомых – «просто поговорить». Не с заявлением, не с обвинениями. Поговорить.

Следователь оказался моложе, чем она ожидала. Лет тридцать, не больше. Чисто выбрит, аккуратная рубашка, стол завален папками. На стене – календарь с прошлым месяцем.

– Екатерина Сергеевна, да? – он посмотрел в бумаги. – По поводу Лебедевой Марины Викторовны.

– Да.

Он сложил руки.

– Дело закрыто. Признаков насильственной смерти нет. Следов борьбы – нет. В организме – алкоголь, в пределах допустимого, но присутствовал. Записка не обнаружена, но косвенные признаки указывают на суицид.

Он говорил спокойно, без раздражения. Как врач, сообщающий стандартный диагноз.

– Какие косвенные признаки? – спросила Катя.

Он слегка нахмурился, будто вопрос был неожиданным.

– Эмоциональное состояние. Свидетельства мужа. Коллег. Говорят, она была… подавлена.

Слово прозвучало мягче, чем «нестабильна», но значило то же самое.

– Она собирала документы против фонда Мельникова, – сказала Катя.

Следователь посмотрел на неё внимательнее.

– Это откуда информация?

– Она говорила мне.