Дария Вице – Тихие люди (страница 1)
Дария Вице
Тихие люди
ГЛАВА 1. ВОДА
Утро было из тех, что не запоминаются: серое, сырое, с туманом, который висит над рекой, будто кто-то забыл выключить дым в декорациях. В таких утрах город кажется особенно честным – без витрин, без праздников, без оправданий.
Екатерина Лебедева шла по привычному маршруту, не торопясь и не опаздывая. За пятнадцать лет работы в школе она выработала странную дисциплину: приходить чуть раньше, чтобы успеть побыть в тишине. Не из любви к тишине – скорее из необходимости. В школе тишина была редкостью, а дома она стала слишком плотной.
На остановке стояли трое: женщина в пуховике, парень с наушниками и мужчина в рабочей куртке. Они смотрели не на дорогу. Все трое смотрели туда, где за деревьями начиналась набережная.
Катя тоже посмотрела.
Сначала она увидела полицейскую машину – бело-синюю, с вялым миганием. Потом – «скорую». Потом – людей, которые стояли плотным полукругом, будто вокруг костра. Только костра не было.
Внутри у неё шевельнулось раздражение: ну конечно. С утра – и уже кто-то кому-то мешает жить. Она почти прошла мимо. Но затем услышала слово – не громко, не драматично, просто оброненное кем-то из толпы:
– …в реке…
Катя остановилась.
Река здесь была узкая, спокойная, вяло несла воду между кустов и промокших за зиму берегов. Летом на этой стороне гуляли мамы с колясками, подростки курили на лавочках, иногда рыбаки сидели с удочками – молча, как будто соревновались, кто дольше выдержит не говорить.
Сейчас на берегу лежала плёнка из влажного тумана и чужого внимания.
Катя не любила смотреть. Она не была тем человеком, который «не может пройти мимо». Она умела проходить мимо. Это тоже была дисциплина. Но в этот раз ноги будто стали тяжелее.
Она подошла ближе – не к самому кругу, а к краю, где стояли те, кто не умел проталкиваться. Рядом пожилая женщина шептала кому-то по телефону:
– Да я тебе говорю, утопленница… с утра… прям у моста…
Катя вздрогнула. Она сама не поняла – от слова «утопленница» или от того, как легко оно прозвучало. Будто речь про потерянный пакет.
Полицейский, молодой, с красным лицом от холодного воздуха, обернулся на толпу:
– Граждане, отходим. Не надо тут.
Никто не отошёл. Люди только сделали вид, что отвели глаза.
Катя заметила на песке следы – как будто кого-то тащили. Дальше – тёмное пятно на траве. Она не видела тела, и всё же знала: оно где-то там, за спинами, в центре круга. Центр города, центр внимания, центр чужой жизни, которая уже закончилась.
И вдруг, резко и бессмысленно, ей пришла в голову Марина.
Не образ, не лицо – звук имени. Марина.
Катя машинально вытащила телефон. Не потому что собиралась звонить. Просто рука сделала это сама, как делает всегда, когда человек пытается убедиться, что он может что-то контролировать.
Марина не отвечала уже второй день.
Катя увидела это поздно ночью, когда проверяла сообщения: «Последний раз была в сети вчера в 19:12». Катя тогда подумала, что Марина просто устала. Марина умела пропадать – не потому что не любила людей, а потому что ей всё время было страшно. Страшно всем мешать. Страшно быть «неудобной». Она из тех, кто извиняется даже за то, что дышит рядом.
Катя нажала «позвонить».
Гудки.
Один.
Второй.
Третий.