Дария Вице – Со слов очевидцев (страница 29)

– То есть вы тоже слышали два звука, – сказала она.

– Да, – кивнула Ирина. – Но второй я тогда… я решила, что это просто… ну… что-то упало ещё. Люди начали кричать, стул опрокинули. Я развернулась и увидела Назарова на полу.

Она закрыла глаза.

– Кровь. Белая скатерть, на ней пятно. У меня в руках был поднос, я его чуть не уронила. Потом поставила на пол. Побежала к нему.

Голос её дрогнул:

– Знаете, я столько раз потом думала, что если бы я не побежала, а… не знаю… бросилась к двери, закрыла её сама… Может быть, кто-то…

– Там уже был Павел, – напомнила Анна. – В протоколе он говорит, что почти сразу дал команду закрыть двери.

– Да, – выдохнула Ирина. – Он появился как будто из воздуха. Ещё секунду назад сидел у окна, а потом уже был рядом. Кричал, чтобы никто не выходил, чтобы вызвали скорую и полицию.

Она нахмурилась, глаза увлажнились.

– А вот это… – она понизила голос, – вот это я вообще никогда никому не говорила. Ни в протоколе, ни потом.

Анна слегка подалась вперёд, но не торопила.

– Когда я подбежала к Назарову, – сказала Ирина, – он ещё…

Она сделал жест рукой у горла.

– Он ещё как будто пытался вдохнуть. Рот открылся, глаза… я думала, он хочет что-то сказать. Я наклонилась ближе, спросила: «Что?».

Она замолчала, шепча еле слышно:

– И мне показалось, что он сказал: «Кухня». Или «у них». Или «туда». Я не знаю. Звук был… глухой. Может, я сама себе это додумала.

Она резко вдохнула.

– Но знаете, куда я посмотрела в тот момент? Не на дверь, не на Павла, не на Андрея. Я посмотрела в сторону кухни.

Анна почувствовала, как у неё внутри всё сжалось.

– И что вы увидели? – спросила она.

– Дверь в кухню была открыта, – ответила Ирина. – Обычно она прикрыта, чтобы жар от плиты и запахи меньше шли. А тут – распахнута.

Она стиснула пальцы.

– И я увидела, как кто-то исчезает за этой дверью. Быстро. Я не видела лица, только силуэт. Рост средний, в тёмном. Как наши повара, как Лида, как кто угодно.

Молчание стало тяжёлым.

– В протоколе вы сказали, что не видели никого, кто убегал, – напомнила Анна.

– Да, – прошептала Ирина. – Потому что… если я скажу, что кто-то убегал на кухню, значит, надо идти на кухню. А там…

Она облизала пересохшие губы.

– А там наш хозяин. И его связи. И… – она замотала головой. – Я думала, что это… может, кто-то из своих. А «своих» сдавать страшнее, чем «НЕУСТ.».

Она выговорила абсурдное для протокола слово и сама нервно усмехнулась.

Анна накрыла своим взглядом рекордер, чтобы убедиться, что тот всё пишет.