Анна Сил – Рабыня для черного дракона (страница 16)

Вода темная и маслянистая на ощупь. “Подземный минеральный источник”, — догадалась я. Завязав волосы узлом на макушке и сбросив одежду, с удовольствием опустилась в манящий бассейн. Вода доходила мне до пояса. Я ополоснула шею, руки и грудь, набрала в легкие воздух и поплыла.

Дроган стоял в темноте у противоположного края, не шевелясь и не произнося ни слова, поэтому я так поздно его заметила. Наши взгляды встретились. Он смотрел на меня темными, голодными глазами, изучая мое обнаженное тело. На груди бугрились мышцы, капельки воды поблескивали в слабом свете свечей.

Неожиданно пришла шальная мысль: “Интересно, каково это — быть любимой таким мужчиной”. Может, горный воздух ударил мне в голову или пережитый страх во время поездки, только вместо того, чтобы поскорее убежать, я прислонилась к бортику напротив, демонстрируя себя и вызывающе разглядывая мужчину.

Его глаза обжигали мне кожу, дыхание сбилось, желание клубилось и росло, угрожая вырваться наружу. Не выдержав напряжения, я опустилась под воду, закрываясь от его взгляда и безумных мыслей, роящихся в моей голове. Дроган молча вышел из бассейна, не удостоив меня ни словом.

Восстановив внутреннее спокойствие и уверенность в себе, я вышла из воды. Моей одежды на месте не оказалось, вместо нее лежало полотенце и чистое платье из багажа, хотя я могла бы поклясться, что кроме меня и Дрогана в залу никто не входил.

Все тот же бестелесный голос сообщил, что настало время ужина, и проводил меня в обеденную залу. Стол накрыли на двоих, но кроме Дрогана никого не было. При моем появлении он поднялся, указал мне на место рядом и галантно пододвинул стул.

Какое-то время мы ели в молчании. Дроган не замечал моего присутствия, все свое внимание отдавая разделыванию перепелки. Наконец, я не выдержала и начала разговор первой:

— Где едят остальные слуги? Мне бы хотелось узнать людей, с которыми буду работать.

Дроган поднял на меня глаза, и произнес первую фразу за время ужина:

— В замке нет слуг. Всю работу выполняют фантомы. Один из них прикреплен к тебе лично, поможет с домашними делами.

— Кто тут живет?

— Только ты и я.

От новости у меня похолодело внутри. Я заперта посреди горных хребтов вдвоем с этим невозможным мужчиной.

— Совсем без людей?! Что я буду тут делать?

— Кажется, ты забываешь, что это был твой выбор. Помоги мне получить артефакт, и можешь быть свободна. Мне твое общество тоже не доставляет удовольствия.

Последние слова резали по больному.

— Если я тебе так неприятна, могу вообще не выходить из комнаты. — Я вскочила из-за стола, собираясь убежать, но Дроган меня опередил. Схватил за плечи и с силой вжал в стол. Его глаза сверкали от гнева.

— Мне надоели эти игры, Амира. Мое терпение не безгранично. Ты провоцируешь меня, забывая, что принадлежишь мне, и я могу сделать с тобой, что захочу.

В подтверждение своих слов он схватил верх моего платья и с силой дернул. Ткань порвалась. Прохладный воздух коснулся обнаженной груди. Его горячие губы заскользили по моей шее вниз, пока не накрыли напряженный от возбуждения сосок. Я выгнулась ему навстречу, запустив руки в волнистые волосы. Его язык дразнил, обходя ареол по кругу, заставляя кусать губы от всевозрастающего желания.

Оторвавшись от моей груди, он посмотрел полными страсти глазами. Гладя шею и плечи, я притянула его к себе, и наши губы встретились, осторожно изучая друг друга. Я чувствовала, как его руки ласкали мои бедра, заставляя прижиматься все ближе и закрывать глаза в блаженной истоме. Налившиеся желанием мужское достоинство вызывало ответный жар. Его язык становился все настойчивее.

Меня отрезвило неожиданное видение. Словно это был не Дроган. Дракон проникал в меня своим раздвоенным языком, скользил по бедрам гладкой чешуей, демонстрируя власть и стремясь подчинить. Желание уступило место страху, и я оттолкнула мужчину.

В его глазах читались боль и тоска, но он не стал меня удерживать. Отступил, давая возможность собрать остатки достоинства, и убежать в свои покои.

Как раненый зверь я металась по комнате, пытаясь разобраться в чувствах и успокоиться. Чем дольше думала, тем яснее понимала. Есть только один выход — убежать. Прямо сейчас, пока не стало слишком поздно, и я еще способна сопротивляться влечению.