Андрей Морсин – Палеотроп Забавы (страница 20)

Архимед Иванович сделал глоток и застыл с бокалом в руке. Ощущение было таким, что безалкогольное шампанское ударило в голову.

– Вы сказали, я могу на вас положиться? – смущаясь, переспросил он.

Атлас улыбался, но его глаза смотрели серьезно.

– Да, друга мы всегда выручим, – сказал он твердо.

Вокруг как-то сразу посветлело – сиял прощенный Адамас, цвела лучезарной улыбкой красавица Полина, весело подмигивал Искандер, и румяные лица австрийцев светились радушием. Пузырьки углекислого газа защекотали ноздри, вытягивая картинку на радужных, дрожащих иглах лучей – Забава будто оказался в старой питерской квартире на семейном празднике, когда все свои еще были рядом. А вокруг и царила атмосфера светлого семейного торжества, и контур ликующе звенел, что секрет палеотропа открыт не зря и уже давно пришло время найти единомышленников, чтобы идти, чувствуя локоть друга, – вперед, на благо всего человечества!

Глава шестая

Ситара Лаваньи – 2

– Дьявольщина! Неужели подвал засыпали? – Эдди осветил фонарем расчищенное пространство – люка видно не было.

Они принялись тыкать ломами в утрамбованную угольную крошку, но безрезультатно.

– Давай теперь здесь! – Эдди принялся разгребать противоположную сторону.

– А как же чуйка? – поддел напарника Фред.

Тот только выругался.

Закончив, снова взялись за ломы. Эдди тыкал с таким остервенением, словно хотел проткнуть гору до основания, но его старания вознаградились – у самой стены глухо звякнуло.

– Ну, что я говорил! – он схватил лопату, стал скрести концом перевернутого совка. – Свети сюда!

Фред поднес лампу – в ямке виднелся ржавый край железного щита. Сменив лопату на лом, Эдди поддел его и надавил сверху. Послышался скрежет, скрип, и слежавшийся антрацит стал пластами отваливаться с приподнятой крышки люка. Фред подоткнул рядом свой лом. Подняв густое облако угольной пыли, они опрокинули железный лист и уставились в отверзшуюся черную дыру.

Луч фонаря высветил ржавые ступени и громоздящиеся в ползущих контурах теней обломки тачек и битые кирпичи.

– Вроде сухо, – заметил Эдди.

– Мы на середине горы, а вода на самом нижнем уровне, – сказал Фред. – Вообще, там океанский прилив тоннели проветривает.

– Что? – не понял Эдди.

– Нижние водой заполняет, гонит воздух вверх, – Фред лег на живот, подсвечивая себе фонариком. – Где-то в скалах у них вентиляционные шахты, – прозвучал его голос, измененный акустикой подвала.

Удостоверившись, что лестница крепкая, мужчины спустились внутрь и застыли перед стеной из огромных глыб. Три другие, из красного кирпича, выглядели на ее фоне поделкой пигмеев. Глыбы были сложены удивительным образом – неизвестные мастера словно забавлялись, впихивая выступающий край одного блока в плавный вырез другого.

– Без раствора, – Фред провел пальцем по стыку камней, каждый из которых был с него ростом.

Эдди поднес лампу, стараясь обнаружить следы инструментов. Поверхность выглядела идеально гладкой, словно глыбы отливали в формах.

– Эти рептилоиды плавили камень дыханием, – покачал он головой.

– Чудеса, – Фред восторженно погладил стену.

– По крайней мере, здесь точно не входили, – Эдди достал спички, закурил. – А значит, все целехонько!

– И как мы эту стену сломаем? – посмотрел на него Фред. – Тут ни один лом не справится…

– Лом не справится, – Эдди присел над мешком, распуская веревку, – а вот это, ах да… – он отложил горящую сигарету и достал брикет, туго обернутый плотной парафиновой бумагой. – Сувенир с родной студии, – подкинул динамитную шашку на ладони.

– Такую красоту? – Фред развел руками.

– Угу, запалим бикфордов шнур и обождем наверху, – Эдди врезал ломом, высекая искры. – Ого, да это базальт! – он потер едва заметную царапину. – Ну-ка, давай, ковырни снизу!