Андрей Морсин – Палеотроп Забавы (страница 12)

– Мел забыли, – голос Фреда звучал подчеркнуто безразлично.

– Ерунда, план с собой, – Эдди коснулся шляпы, словно отдавал честь. – А будет надо, веревку размотаем или моя Китти чулок распустит! – Он рассмеялся своей шутке.

Фред поморщился и выплюнул табачную жвачку на мостовую.

– Еще надо лаз пробить, – заметил он тем же равнодушным тоном.

Эдди почесал голову прижатой шляпой:

– Слушай, а что, если из подвала никакого прохода нет?

– Должен быть, – видя, что Китти торопится навстречу, Фред поцокал, подбадривая лошадь. – Со стороны горы.

– С какой же еще! – внезапно раздражился Эдди. – Только не пойму, как ты узнаешь, врет краснокожий или нет, – сменил он тон, – у них же не физиономия, а покерная колода.

– Хопи не врут, – Фред опять поцокал.

– Ну конечно! – начал заводиться Эдди. – Все врут – как желток в белке.

– Хопи не врут, – повторил Фред с сосредоточенным выражением лица. – Это мешает силе.

– Эдди, эй, Эдди! – Китти была уже совсем близко. – Эдди-Эдди-Эдди! – пропела на разные лады.

Не дожидаясь, пока повозка остановится, Эдвард соскочил на мостовую, и до Фреда донеслось их приглушенное воркование.

– Да брось, Эдди, брось! – Китти шутливо вырывалась из его объятий.

– Нет, ну давайте, миссис Флинн! – Эдди сжал запястье девушки, отставил руку, другой привлекая к себе за талию.

– Ах, так и быть, мистер Флинн! – она снова засмеялась, хлопнула его по плечу.

Фред с повозки смотрел, как они, дурачась, закружились посередине дороги. Длинные, черные как смоль волосы девчонки взвились, полетели по ветру фатой траурного шелка. Он отвернулся, сжал губы.

– Эдди, Эдди! – млела Китти, запрокинув голову и заливаясь смехом.

– Эй, голубки! – Фред свистнул в два пальца. – Айда за дело!

Проезжая по Норт Хилл-стрит мимо рабочих, копавших шахту инженера Шуфельта, Эдвард приподнял шляпу.

– Бог в помощь, джентльмены! – ухмыльнулся он.

Сидя рядом с женихом, Китти снова ощутила на щеке взгляд Фреда.

Она знала, что нравится этому молчаливому, хмурому бородачу, хотя давно принимала мужское внимание как должное и не подавала вида, когда перед ней хорохорились. Но Фред не хорохорился, лишь молча поедал ее взглядом холодных бледно-голубых глаз. Эх, имей Китти образование и положение в обществе, легко бы составила партию даже кому-то из парней со страниц «Лос-Анджелес Таймс»! А что, джентльмены в цилиндрах, с золотыми цепочками на шелковых жилетах таращились на нее точно так же, как и парни в промасленных робах.

Но от мысли о лощеных парнях и о том, что смогла бы променять на них Эдди, ей стало неуютно – словно взяла фальшивый аккорд на струнах сердца. Да и вдруг эти франты правда замаскированные ящеры? Вот будет история, когда под фрачным хвостом окажется еще один! Эта мысль так Китти развеселила, что она громко рассмеялась, вызвав недоуменные взгляды спутников.

Когда повозка остановилась у заброшенного склада, уже совсем стемнело. По небу плыли легкие прозрачные облака, едва заслонявшие луну. А та полными боками ярко освещала барак, прилепившийся к склону горы.

Вокруг на кучах мусора и щебня сидели нахохленные вороны и мрачно смотрели на людей, нарушивших их тихое ночное бдение.

– Кыш! – топнул на них Эдди.

– Пусть сидят, что тебе? – заступился за ворон Фред. – Птицы помогают деревьям, деревья помогают людям.

– Эти ни черта не помогают, – Эдди зажег спичку о каблук ковбойского сапога, как делали герои вестернов на его киностудии. – Те же крысы, только с крыльями!

Оставив Китти у повозки, мужчины направились к бараку. Левая створка ворот висела на одной петле, правой не было вовсе. Окна длинного одноэтажного строения были неровно заколочены досками, и она видела, как в щелях замелькали лучи фонарей.