Андрей Богданов – В нужное время в нужном месте (страница 81)
Несмотря на гигантский объем ежедневно получаемой информации, Соломон не терялся. Наконец-то нашлось достойное применение для его интуиции, острого аналитического ума и феноменальной памяти.
Империя Соломона стремительно росла. Он всегда удачно играл на биржах. Опытнейших брокеров потрясало великолепное чутье Соломона. «У Фон-Ли не голова, а настоящий компьютер с Господом Богом вместо процессора!» – говорили брокеры.
Фон-Ли захватывал все новые и новые предприятия. Одним движением пальца разорял конкурирующие фирмы, казавшиеся до этого непотопляемыми монстрами.
Когда новые родители вдруг резко беднели или таинственным образом погибали, дети возвращались к Соломону. Но ненадолго. Он вновь пристраивал своих воспитанников в хорошие руки.
У Соломона накопилась гора убийственного компромата на достойнейших членов общества. Качественные видеоматериалы развратных оргий, творимых новыми родителями с его девочками и мальчиками, потрясали воображение.
Детки сами устанавливали в спальнях аппаратуру, сами выбирали наилучший ракурс, сами до мелочей продумывали сценарий очередного изнасилования или банального совращения, и с блеском воплощали его в жизнь. Когда достойнейшим членам общества в приватной обстановке демонстрировали порнофильмы с их участием, они покрывались холодным потом и мелко дрожали. С этого момента у них был только один выход – во всем слушаться Соломона. Они так и делали.
Соломон очень скоро стал одним из самых могущественных людей Руси. И ему это нравилось.
У Соломона появилось много смертельных врагов. Враги не только ждали, но и активно готовили подходящий случай, чтобы разорвать Фон-Ли в клочья. Любой его неверный шаг мог стать последним. Главными противниками были люди из группировки Филатова. Они, видимо, что-то почуяли, и никаких его воспитанников усыновлять не хотели. Мало того – они тут же прекращали все деловые отношения с теми, кого Фон-Ли «заряжал» детками.
Соломон отлично понимал, что удержаться на вершине можно только одним способом. Он должен любой ценой сохранить царю Герберту жизнь.
С самого начала Фон-Ли понимал, что имеет дело с царем, совершенно случайно оказавшимся на престоле. Он знал, что более бездарного царя трудно даже вообразить. Он был в курсе, что Герберт Нежнейший психически сломлен. А значит, легко поддается влиянию.
Влиять на людей Соломон умел. И любил. Именно поэтому Герберт Нежнейший с первых же секунд общения проникся необыкновенным доверием к простому учителю рисования. И это доверие Соломон вскоре превратил в полную зависимость. Он теперь ежедневно подкреплял ее сеансами жесткой психотерапии с применением «успокаивающих» инъекций героина.
Соломон убедил царя отказаться от традиционной охраны. Отныне Герберта оберегал специальный отряд, созданный Фон-Ли. Царских гвардейцев, невзирая на протесты, доводы и угрозы командиров, удалили из дворца. Был изменен распорядок дня и образ жизни Герберта. Все подчинялось одной задаче – заточить Герберта в золотой клетке, в которой ему хорошо, спокойно и счастливо. С этим Фон-Ли справился превосходно.
Но царь – фигура, как ни крути, общественная. И обернуться невидимым болванчиком никак не может. Даже несмотря на угрозу терактов. Это Русь, а не какая-нибудь там Франция. Боишься появляться на людях – отрекайся от престола или передавай большую часть полномочий парламенту. Монархия на Руси, конечно, конституционная, но чрезвычайно похожая на абсолютную. Какая конституция, такая и монархия. Прав и обязанностей у царя выше крыши. В сферу его исключительных полномочий входят вопросы войны и мира, утверждение любых решений и законов парламента. Царь является Верховным главнокомандующим. Международные отношения также находятся в его единоличном ведении.
Некоторое время манкировать обязанностями, временно передавая их доверенным лицам, конечно, можно. Но с каждым днем делать это становилось все труднее. Фон-Ли, как мог, тормозил натиск. Где кнутом, где пряником он сдерживал проявления недовольства чрезвычайно влиятельных особ.
Последнее покушение заговорщикам не удалось по чистой случайности. В следующий раз они не промахнутся.