Андрей Богданов – В нужное время в нужном месте (страница 74)
– Заткнись, а? – попросил я его. – Ты нынче явно какой-то тупой и шалопутный. Мне и так хреново, а тут еще два голоса в одной голове…
Ну да черт с ним. Главное – в себя местами пришел. Это вселяет. Бодрит. Пусть криво, но улыбает. Сквозь боль и постепенно рассеивающийся туман. Чем же они меня тут лечат? Или это после сотрясения мозга в башке такая муть?
О-х-х… Живу-у!!! И с каждой секундой мне это дело нравится все больше.
Итак. Мы в больнице. Реинкарнация пока откладывается. Ну и пусть. Рано еще. Это для Маэстро придумана особая реинкарнация. У Фехтовальщиков она обычная. Что ж – на то он и Маэстро. Ему трудней. Особенно сейчас. Потому, что убили вчера Доброго Эльфа. Живьем сожгли, твари.
Впрочем, Маэстро обещал ожить. Будем ждать.
Так. Сожгли Эльфа вчера. Или не вчера? Сколько я здесь? Последнее, что помню. Это… это… Маэстровы поминки! Тоже мне поминки – один я и поминал. Сидел на пляже, в новеньких ботинках. Водяру жрал, яблочками закусывал…
Точно. Па-том.
Я.
Бреду.
По пляжу.
Ночью.
Поддатый.
…Какие-то налетели… Повалили. Скрутили. Начали сумку вырывать. А она у меня лямками вокруг запястья примотана. Так просто не вырвешь. Но тут вдруг еще какая-то свора нарисовалась. И они друг с дружкой махаться принялись… И стрелять. То из одной, то из другой бригады ко мне пытались подбежать. Ага. В них стреляли. Они умирали. Странно. Выходит, на меня напали сразу две банды…
Я выхватил «глок», начал бить вокруг, по силуэтам и на звуки. А стрельба-то вокруг шла серьезная. И меня все-таки подстрелили. Ногу так и рвануло. Ё!.. (Интересно, кость цела?) И тут как раз еще один подбежал. А его подстрели. И он на меня упал. Потом у меня патроны закончились… И кто-то меня по башке звезданул. Я повалился.
Так. А дальше… Сирена. Фонари. Автоматные очереди Это, наверное, были полицаи. И все. Потом тишина. Ко мне подходит полицейский… И – конец фильма.
Следующие кадры – неторопливо булькающая капельница и безжалостная сестра милосердия…
Нормально. Выходит, началась призовая игра. Ура, детишки, папа похмелился… Священный Поход продолжается. Фехтовальщики не сдаются, они – не бутылки! Держись, брат Бонифаций, и хвост чтоб непременно пистолетом! Пистолетом. Ля…
Ой.
А сам пистолет-то где, люди добрые? Эта смертоносная огнестрельная железяка сочинения Стечкина – чудная вещь! Где?!!!
Плохо.
Скучать нам долго не пришлося – пожар на палубе фрегата… Этот милый пистолет, обляпанный неповторимыми узорами наших пальчиков – незнамо где. Нормально, Бонифаций. Разложим все по порядку… Нормально.
А, между прочим, ничего нормального! По-моему, дела – совершеннейшая дрянь. Но эмоции великолепны. Трезвеем на глазах.
Так. Что «так»? Че ты «растакался»? Все «НЕ ТАК»… Все.
Довольно идиотично было шарить вокруг себя. Но. Человек – такая забавная обезьянка…
Поэтому.
…суетливо и добросовестно пошарим под простынкой. В результате осознаем и поймём, что никакого мало-мальски достойного оружия там, естественно, нет. Под щедро надушенной гадким антисептиком простыней только родимое голое тельце, перевязанное кое-где бинтами.
Что ж, спросим у прохожих.
– Девушка, вы не находили тут… у меня… тут, извините, может, под простыней, длинного пистолета? – обратился я к знакомой медработнице.
Девушка молчала.
– Он твердый еще такой. И большой. Очень, – добавил я.