Андрей Богданов – Перо и крест (страница 48)
Страх и ненависть - эти ядовитые цветы Смуты, бережно взращивавшиеся высшей властью, - отравляли души, наполняя воздух России своим тлетворным запахом, запахом застенка, костра и плахи. Но человек был неистребим, и белые гусиные перья продолжали летать над бумагой, призывая к свободе духа, любви, милосердию, бескорыстию, мужеству и познанию.
Глава III Раскольники
Зимняя вьюга отодвинула рассвет над Москвой, подняв снежные вихри выше Ивана Великого. Злой ветер с острой снежной крупой пронизывал насквозь бедное одеяние священника, вытертое годами тюрем. Меж кремлевских соборов, под продуваемыми ветром дворцовыми переходами кучка красноносых стрельцов в тулупах и лисьих шапках вела в Чудов монастырь очередного узника на суд и расправу. Окна большой монастырской трапезной, куда направлялся конвой с подсудимым, от горящих внутри свечей светились багровыми огоньками, напоминая пролитую кровь мучеников старой веры. Патриарх Никон, безжалостный гонитель тех, кто осмеливался противостоять его произволу, давно оставил престол, а только что был осужден и лишен сана еще более высокой церковной властью - тем самым большим собором, что, покончив с Никоном, принялся за искоренение противников его реформ [1].
Когда стража втолкнула бедного священника из теплых сеней в трапезную, его глаза, привыкшие к мраку подземелья, не сразу нашли икону в красном углу: все вокруг сверкало драгоценностями. Золото и серебро покрывало богатые мантии высших церковных иерархов там, где они не были затканы жемчугом.
Алмазы и изумруды, рубины и сапфиры резали глаз искристым блеском. Всплески холодного пламени летели с крестов и панагий*, посохов и митр, с окованных драгоценными металлами переплетов книг, с золотых тронов вселенских патриархов, с одеяний царских сановников. Вся палата была заполнена высокими церковными и светскими властями, один вид которых должен был подавить всякое поползновение к сопротивлению и противоречию воле большого собора.
Среди его участников на центральных тронах сидели два вселенских патриарха - Паисий александрийский и Макарий антиохийский. Пять митрополитов представляло константинопольский патриархат: Григорий никейский, Козьма амасийский, Афанасий иконийский, Филофей трапезундский, Даниил варнский, и еще один архиепископ - Даниил погонианский. Иерусалимский патриархат и Палестину представляли митрополит Паисий газский и архиепископ Синайской горы Анания. Из Грузии был митрополит Епифаний, из Сербии - епископ Иоаким Дьякович, с Украины - блюститель киевской митрополии епископ Мефодий Мстиславский и знаменитый ученостью черниговский епископ Лазарь Баранович.
Все русские архипастыри, включая избираемого на патриарший престол Иоасафа II и архиереев двух новообразованных епархий, собрались на соборный суд: митрополиты Питирим новгородский, Лаврентий казанский, Иона ростовский, Павел сарский; архиепископы Симон вологодский, Филарет смоленский, Стефан суздальский, Иларион рязанский, Иоасаф тверской, Иосиф астраханский, Арсений псковский; епископы Александр вятский и Мисаил коломенский; новопоставленный митрополит Феодосии белгородский. Им сопутствовали многочисленные архимандриты, игумены, другие русские и иноземные духовные лица, часто не уступавшие архипастырям ни роскошью облачения, ни влиятельностью в церковных и светских кругах.
По суждению известного автора „Истории русской церкви" митрополита Макария,,,в числе этих иерархов находились представители от всех самостоятельных церквей православного Востока"2. Это был самый представительный, еще невиданный в России по масштабам и блеску церковный собор - собор, от которого ждали наконец „вожделенного мира" в русской православной церкви, прекращения раздиравших ее конфликтов, угрожавших распадением на части, расколом. Большой собор 1666 - 1667 годов был, безусловно, важнейшим, переломным моментом, с одной стороны, в борьбе за единство церкви и, с другой - в возникновении раскола. Что же происходит: несколько человек, фанатично защищающих старые порядки, впав в ересь, с проклятиями проповедуют устно и письменно, из застенков и ссылок против официальной церкви, поднимая на свою сторону все большие массы народа - или же речь идет о разделении самой церкви?!