Андрей Беликов – Покоритель времени (страница 20)

– Вы шли домой? – спросил молодцеватый шофер.

– Да, здесь недалеко.

– Вы сегодня очень заняты?

– Нет, у меня есть пара часов.

– Приглашаю вас к себе на дачу, вам нужно расслабиться, судя по вашему изнуренному лицу, вы очень устали.

– Я согласна, – скромно ответила Ириска и посмотрела на Николая Ивановича таким зовущим взглядом, что он на мгновение потерял дар речи.

– Как же она хороша, – подумал новоиспеченный ухажер и нажал на педаль газа, демонстрируя свой мужской темперамент, который как ему казалось, его молодит. Через полчаса они уже были на месте.

– А вот и моя дача. Ира, проходите по этой дорожке, а я пока поставлю машину в гараж, – Николай Иванович резко тронулся с места, показывая свой азарт гонщика. Ира вошла на территорию дачи, которая представляла собой очень ухоженное место, повсюду были разбиты цветники, зелень радовала глаз, в зарослях кустов виднелся необъятный дом, выложенный из кирпича, его окна жизнерадостно смотрели на посетителей приглашая войти внутрь, они словно извинялись за излишнюю роскошь внешнего убранства. В саду за домом были слышны женские голоса, в доме кто – то ходил, видимо прислуга. Тишина вокруг не удивляла Иру. Как и в городке, расположенном за несколько километров в лесу, на даче было тихо, спокойно, ощущалась заброшенность и пустота, и почему-то хотелось малины. Николай Иванович зазвонил в колокол, висевший на столбе возле стола, вокруг которого на лужайке толпились в беспорядке летние плетеные кресла, напоминающие венские стулья.

– Ира, присаживайтесь, сейчас подадут чай и десерт. «Вы любите сладкое?» – сказал заботливо Николай Иванович, садясь рядом с Ирой. – Может быть немного брэнди?

– Да, не откажусь и чашку кофе.

– А вот и мы! – сказала красивая женщина, выходящая из зарослей жимолостника по грунтовой дорожке вместе с девушкой, которая была еще краше ее. Обе они были в пляжных парах, еле скрывающих все их прелести.

– Наверное, это жена и дочь Николая Ивановича, – подумала Ириска. Маман была не просто хороша, а хороша как богиня, ее крупное красивое лицо, с голубыми глазами обрамленное мокрой химией ниспадающих до самых плеч белокурых волос было жизнерадостным и бесхитростным, как у херувима замышляющего свой коварный план соблазнения, ямочки на щеках и черная естественная мушка придавали всему ее облику очаровательную игривость. Дочурка была похожа на мать, она была моложе ее и брала скорее своей роскошной грудью, чем всегда сводила с ума мужчин. Обе они показались Ире интересными, по крайней мере, внешне.

– Познакомьтесь, это моя жена Катя и дочь Наташа, а это тренер по художественной гимнастике Ирина.

– Очень приятно, – ответили друг другу женщины. Все сели вокруг стола.

– Чего изволите подать? – сказал с наигранной суетливостью официант, появившийся вдруг ниоткуда.

– Подай – ка братец, десерт, брэнди, кофе и легкую закуску, – сказал Николай Иванович, – и не забудь сухое вино для дам.

– Слушаюсь, – официант мгновенно исчез и появился через две минуты с тележкой. Он в мгновение ока разложил все на столе и растворился так же проворно, как и появился.

– А мы вас видели на юбилее, как вы танцевали, это было очень смело, – сказала Екатерина, – моему мужу нравятся смелые женщины и мне тоже, правда милый?

– Это все, потому что мы мужчины свалили на женщин все свои обязанности, им приходится быть такими, – Николай Иванович смотрел на Иру, не скрывая своего восхищения. Это не могло ускользнуть от взгляда жены, она вдруг почувствовала небольшую ревность, но тут, же справилась с ней.

– Коля интересуется красивыми женщинами, потому что он ищет натуру для своего творчества. Вы знаете, с некоторых пор он начал заниматься скульптурой. Раньше предметом его увлечений была живопись. Я рада, что он раскрывается не только в науке, – сказала Катя, она пригубила фужер вина и, наслаждаясь вкусом, закрыла глаза.

– Ты сейчас восхитительна, – сказал Николай Иванович. Он схватил блокнот с карандашом и начал быстро рисовать, – задержись на минутку Катя! Вот, набросок готов.

– Можно взглянуть? – Ира взяла в руки блокнот. Она увидела портрет Кати, в котором было схвачено самое главное, состояние полной отрешенности и мления. Ира была удивлена, она сказала: «Впервые в жизни знакома с художником, ваш рисунок очень похож на оригинал, вы настоящий талант!», а сама подумала: «До настоящего искусства конечно далеко, но для любителя не плохо».