Алёна Кручко – Полуночные тени (СИ) (страница 127)
— Не все ли равно…
А мне, наверное, пора отсюда исчезать. Пока не заметили…
Аскол явно подумал о том же. Появился рядом, кивнул на дверь:
— Пойдем-ка, девушка.
Я думала, капитан всего лишь выведет меня и проследит, чтоб отошла подальше, не попавшись на глаза, кому не надо. Но Аскол не торопился расставаться. Молча шел рядом, я уж и нервничать начала — не очень-то приятно, словно под конвоем… Еще и молчит, и мрачный вон какой… Мне захотелось разбить тишину, и я сказала:
— Спасибо.
— За что? — буркнул капитан.
— Что пустили послушать.
— Да ладно, — капитан отмахнулся от благодарности, словно муху назойливую отгонял. — Ты, девушка, вот что… очень прошу, последи за моим парнем, а?
Я аж остановилась от удивления.
— Так он же уедет?
— В том и беда! Куда ему ехать, два шага сам пройти не может!
— Скоро встанет, — пообещала я. — Не так все страшно, из него просто силы выпили. Отлежится, откормится… До храмового дня всяко никуда не поедут, свадьба же, да и благословение в дорогу испросить…
К тому же Анегард вряд ли бросит отца в таком состоянии. Но это уже не для твоих ушей, капитан.
— А Азельдор — это сильно далеко?
Капитан задумался, шевеля губами.
— Боговорота два, пожалуй, от вас. Коли в дороге не задерживаться… а так и все три выйдет.
Три и выйдет, подумала я, скоро дожди зарядят, какой там "не задерживаться"!
— Капитан, — окликнул Аскола кто-то из псов, — там обозники…
— Иду, — отозвался Аскол. Сжал мою ладонь: — Так присмотришь? Чтоб поднялся до отъезда?
— Присмотрю, — пообещала я. — Все хорошо будет, не беспокойтесь.
— Храни тебя боги, девушка.
Аскол развернулся и умчал. Наверное, с обозниками разбираться. А я пожала плечами и отправилась на кухню. Отвар для Марти уже должен был настояться.
Король еще пировал, а телеги обоза, одна за одной, уже ползли со двора прочь. Скатертью дорожка. Во дворе было тесно, суматошно, я пробиралась к казарме по стеночке, прижимая кувшин к груди — не уронить бы! Может, стоило подождать, но кто их знает, вдруг тут до вечера такая кутерьма будет.
Возле казармы Аскол отчитывал кого-то из своих — тихо и вроде бы спокойно, но парень то бледнел, то краснел и явно готов был провалиться сквозь землю прямо к бесам в преисподнюю, лишь бы от капитана подальше. Спасать парня от начальственного гнева я не стала. Молча прошла мимо. Аскол заметил, дернулся было навстречу, но покосился на провинившегося, скривился и продолжил пропесочку.
Марти спал, и я замерла, разглядывая нахмуренное лицо. Ишь ты, и во сне озабочен. Или кошмары снятся, как мне? Ой… я вдруг поняла, что мне-то как раз
— Ну, выглядишь ты получше, — ободряюще сказала я. — Вот, я принесла, выпьешь. Лучше понемногу, но чаще. Понял?
Марти вздрогнул. Уронил тяжело, как кирпич на ногу:
— Понял.
Так говорят… ну уж точно не с теми, кто хоть немного нравится. Не больно-то и хотелось, напомнила я себе. Ты, вообще, лекарка или кто? А раз лекарка, делай свое дело и уматывай, не мешай больному спать. Во сне выздоравливать легче.