Алёна Кручко – ОСЕННИЙ ПЕРЕЛОМ (страница 85)
— Важным? — переспросила Женя. У нее в голове была та еще каша: гейши, чайная церемония, самураи, ниндзя, бедные крестьяне и сегуны, рис и суши, божественный император и шинигами, якудза — или якудза уже из более позднего времени? И так ли зависит от времени то, что определяет главное в любом народе? Хотя откуда ей знать, на самом деле, что там главное… Вот уж нашли специалиста! — Знаете… Давайте я сначала расскажу кое-что о последней войне. Это точно никак не относится к вашему миру, но… В чем-то люди не меняются, понимаете? Связь поколений, самурайские традиции и все такое. В Европе не было камикадзе. Наверное, нигде в мире не было, если на государственном уровне брать, а не террористов каких-нибудь. — Задумалась, пожала плечами: тяжело о таком рассказывать, и с чего начать, не сообразишь. Может, с этого? — «Знаешь, мама, завтра я стану ветром, по священной воле разящим свыше»…
Глава 25, в которой безумная идея графа фор Циррента получает одобрение начальника полиции, а Женя знакомится с настоящим принцем
В чем-то люди не меняются, думал граф, стоя поздно вечером у окна библиотеки и глядя в затянутое тучами беззвездное небо. Жизнь идет по накатанной колее из поколения в поколение, и открытие новых земель никак не меняет эту колею — для большинства. Наверное, поэтому люди склонны думать, что жизнь везде одинакова, и к одним и тем же поступкам всюду подступают с одинаковой мерой. А потом появится вот такая девица, привыкшая к совсем другой колее, и окажется, что все мы ошибались, глядя на чужие страны со своего берега.
Свести бы ее с фор Гронтешем, мелькнула вдруг мысль. Не с остолопом Реннаром, а с адмиралом. Им найдется о чем поговорить. Да и его высочеству Ларку не помешало бы послушать, хотя бы ради расширения кругозора. Как знать, не придется ли ему, надев корону, решать вопрос об Огненных островах.
Король выслушал историю занесенной из чужого мира девицы с весьма умеренным интересом. Неудивительно, ему важней сейчас отбившиеся от рук магистры и ее высочество интриганка Клалия. А барышня Женя — что же, раз в интриге не замешана, подождет. Поручил ее графу фор Цирренту, согласился с необходимостью держать историю ее появления в тайне, а напоследок сказал:
— Я рад буду с ней поговорить, но позже, когда кризис пройдет.
— Когда его величеству станет скучно, — вполголоса уточнил Фенно-Дераль, и король только усмехнулся, услыхав.
«Кризис». Очень давно фор Циррент не слышал от короля этого слова. Его величество не имел привычки преуменьшать проблемы, но и в панику впадать был не склонен. И уж если он считает положение дел серьезным, значит, оно более чем серьезно. И то сказать: никто из них не ожидал, что не все ниточки ведут к верховному магистру. Но если из трех покушений он стоит лишь за одним… «Работайте, господа, пока убийцы вас не опередили».
Работать, работать… Барышня подождет, пусть пока что Гелли с ней занимается, им вдвоем не скучно. Обживется, покатается по столичным лавкам и кондитерским, обзаведется приличным гардеробом, заодно научится ходить в платье, не спотыкаясь и не путаясь в подоле.
Наутро, закрывшись в кабинете Фенно-Дераля, они перебирали досье на верхушку магистров, а заодно аристократов, банкиров, негоциантов — всех, кому хоть как-то была бы выгодна смена власти. Таких было много, и проверять всех вслепую — точно означало упустить драгоценное время.
— Что нам надо сделать, — сказал фор Циррент, — это каким-то образом разделить принца Ларка с его обалдуем-порученцем. Мы ведь даже не можем точно сказать, на кого из них покушались. Мы не знаем, есть ли серьезные враги у молодого фор Гронтеша.
— Ждете третьей попытки от нашего неизвестного убийцы, — невесело усмехнулся Фенно-Дераль. — Идея не так уж плоха. Обеспечить каждому незаметную, но надежную охрану и устроить мышеловку. Рискованно, однако ничего не предпринимать еще хуже. Осталось придумать для его высочества неотложное дело, которое заставит его бросить друга на произвол лекарей и постельного режима. Грешно сказать, но так и пожалеешь, что никакой войны не намечается.