Алёна Кручко – МЕНТАЛИСТЫ И ТАЙНАЯ КАНЦЕЛЯРИЯ. ЖАРКАЯ ЗИМА (страница 91)
Покойный Верховный магистр точно был не из таких, да и нынешний вряд ли поставит возможность колдовать выше собственной драгоценной шкурки. Он даже грядущую войну рассматривает прежде всего как повод вырвать у короля право распоряжаться источниками…
Размышления прервал неровный пистолетный залп — три или четыре выстрела, неуместным громом прокатившиеся по узкой улочке. Не раздумывая, принц пришпорил коня. Выл ветер, мокрые, тяжелые хлопья снега липли к ресницам, мешая осмотреться, да и к чему было осматриваться? Не дело мишени гоняться за стрелками. Вороной любимец Громобой споткнулся и начал медленно, тяжело валиться вбок. Ларк выдернул ноги из стремян, соскочил, поскользнулся на мокрой брусчатке, едва не упав. Не сразу понял, что вновь разорвавший вой ветра гром — не запоздавшее эхо, а новый залп. Выругался. Но уже налетела, прикрывая со всех сторон, охрана, соскочил кто-то с седла, уступая своего коня принцу, кто-то бросил сквозь метель:
— Быстрее, ваше высочество. Пригнитесь и пришпоривайте!
Сорвались в галоп, оставляя позади успевшую на этот раз вовремя стражу — крики, выстрелы, перекрытые проулки и намертво запечатанные ставни и двери. В голове было на удивление пусто. Мелькнула и ушла почти детская жалость к Громобою, не забилось быстрее сердце от мысли, что и сам бы там лег, если бы не адмиральский повар-побратим. Для Ларка амулет напитал дед, воспользовавшись запечатанным от магов дворцовым источником — Ларк не знал, что король может и такое. «Корону наденешь — узнаешь», — пообещал дед, когда он удивился вслух, и наследник молча опустил голову: все о возможностях законного короля Андара знал лишь сам король, и узнавать эти тайны наследный принц не торопился. Чем позже, тем лучше.
Пока же, добравшись до дворца, он скинул забрызганный грязью плащ и промокший насквозь камзол и насчитал шесть дырок от пуль — целились убийцы метко. Шесть свинцовых клякс упали на пол, когда он встряхнул мокрые тряпки. На груди, спине и плечах наливались болью синяки. На одного стрелка больше — и амулет бы уже не прикрыл, есть предел и у магии. Повезло.
Женя проснулась непривычно поздно. Вчера она уснула мертвым сном, едва дойдя до кровати — раньше обычного, сразу после ужина, чувствуя себя беспредельно уставшей и разбитой.
— Похоже, в экспресс-курсе иностранных языков нужно сделать перерыв, — пробормотала она, подходя к окну.
За окном сверкала зима. Вчерашнее серое небо сменилось яркой голубизной, вчерашняя слякоть — белейшим снегом, накрывшим землю, ветви деревьев, чугунные завитки ограды…
Нестерпимо захотелось достать из глубин шкафа джинсы, джемпер и куртку, выскочить в сад и побегать по снегу, как первоклашка на перемене. Слепить снеговика, запустить снежком в окно… а лучше — в графа или в Ларка, хотя нет, вдруг не поймут такого веселья?
— А скажите мне, дорогая тетушка, у вас здесь в снежки играют? — спросила она, спустившись в столовую. Тетушка уже закончила завтракать и допивала чай, и Женя торопливо налила и себе кружку — есть совсем не хотелось, а вот сладкого мозг даже не просил, а требовал.
— Еще как играют, — тетушка Гелли ностальгически улыбнулась. — Цинни так познакомилась со своим мужем: заигралась с подружками, да и попала прямо в лоб графу ди Скаваллю. Тот как раз пришел к Варрену что-то обсудить по работе.
Женя вздохнула: она уже поняла, что станет скучать по своей второй тетушке. Как-то слишком быстро та уехала… Нет, понятно, что дела, но… Женя тряхнула головой и впилась зубами в бисквит. Дела. У всех дела. У нее тоже. В конце концов, не навсегда же Цинни уехала. Так что не будем, как здесь говорят, предаваться пороку уныния. Лучше вернуться к теме разговора.
— Ага-а, значит, прецедент имеется. Отлично. Тогда второй животрепещущий вопрос: как одеться? Я, признаться, слабо представляю, как носиться по сугробам в юбках, хотя сугробов вроде особо и нет.
— Ты не права, деточка, даже дважды не права, — тетушка Гелли хитро улыбнулась. — Первое: уж если ты научилась носить бальные платья, костюм для прогулок не станет большой проблемой. А второе: по-настоящему животрепещущий вопрос — с кем играть будешь? Я, признаться, не ощущаю себя достаточно юной и резвой для подобных забав.