Алиса Рудницкая – Сталь и шелк. Акт третий (страница 93)
Я закусила губу, не зная, что и сказать. Что вообще говорят в таких случаях? Если бы меня кто-нибудь спросил – я бы поздравила. Фрино же по сути досталось огромное наследство. Но… зная обстоятельства, я опасалась даже рот открыть.
– Если что, я не против… всего этого, – только и смогла выдавить я, а потом, поймав хмурый взгляд Фрино, сказала более решительно. – Я с тобой, куда бы ты не пошел. Даже если это – Орна.
– Эби… – поморщившись и снова потерев переносицу, сказал Фрино. – Вот уж кого бы я не хотел вмешивать во все это, так это тебя…
Я опустила голову. Ну да, перспективы не радостные. Но все равно я должна была пойти с ним. Кем я буду, если не пойду? Эйнар глубоко вздохнул, возвел очи к небу и начал непривычно зло, будто размышляя вслух:
– Все-таки работа твоего отца впечатляет. Он отлично тебя выдрессировал - и ничто, никакая логика, здравый смысл и осознание собственных сил, не могут перебить эту гребанную уверенность, что ты проиграешь и погубишь всех, кто тебе дорог.
– Да уж… а самое забавное что мне это все как раз подсказывает логика, – прорычал Фрино. – Надо спросить Вальдора, может, с ней что-то тоже не так?
Потом он поднялся со шкафа и показал по очереди на нас двоих пальцем:
– Ты и ты, вы оба. Завтра выходной, я уезжаю принимать права наследования. Со мной отправляют Вальдора и Якоба, чтобы я там… а да не важно. В общем вы, двое – я вам запрещаю даже заикаться о том, чтобы идти со мной. Нечего вам там делать. Это дерьмо на меня свалилось – мне его и разгребать…
– И все же ты бы подумал над тем, что мы тоже маги, и можем защитить себя, и можем - желаем - помочь тебе, – нахмурился Эйнар. – Хотя я знаю, что ты скажешь: как ужасна Орна, как слаб я, как... невинна душой милая Абигейл, и как ты не переживешь, если кого-то из нас укусит какой-нибудь тамошний песик...
– Эйнар, песики на Нортейле, – почти спокойно осадил его Фрино. – Ладно ты, тебе там еще более или менее будет, но уж прости – маг ты не ахти какой, а твои артефакты и без тебя прекрасно работают. А Эби…
Он повернулся ко мне – хмурый, решительный.
– Эби, женщины на Орне – это скот, который делает потомство, – сказал он серьезно. – Если тебя окружит десять здоровых мужчин с оружием – ты сможешь их убить, чтобы показать им, что ты сильнее?
Я нахмурилась. Такого я сделать, конечно, не могла, но...
– Увы, сейчас, на данный момент, все вопросы там решаются исключительно так, – продолжал Фрино. – Ладно, так-то тебя, если ты будешь со мной, не тронут. Но я теперь правитель. Правитель миллионов злых людей, которые понимают всего один закон – закон силы. Чтобы удержать этих людей я должен буду показать им, что я достоин власти. И мне, возможно, придется кого-нибудь избить, чтобы поставить на место. Жестоко избить, может даже покалечить, чтобы показать всем этим тварям кто здесь хозяин и что с ними будет, если они тронут мою семью. Ты готова терпеть это зрелище?
Повисло неловкое молчание. Я невольно представила себе эту картину и по спине у меня побежали мурашки. Я уже хотела что-то сказать, ну хоть что-нибудь, как Эйнар поднялся со своего места и заявил:
– Ну и ладно. Наслаждайся своими страданиями и страхом, лелей свою вынужденную жестокость... ты ведь и жизни без этого не представляешь, друг мой. Но мне сейчас даже как-то жаль, что я пообещал себе больше не пытаться заставлять тебя делать поступки, что нравятся мне.
– Спасибо тебе за это, я и без тебя, умника, прекрасно справлюсь, – проворчал Фрино, обведя учиненный бардак глазами, а потом натянуто улыбнулся. – Да все будет… нормально. Ну съезжу я, ну набью кому-нибудь морду, ну вернусь… в первый раз что ли? Потом… выкручусь как-нибудь. Сам.
– А после академии? – спросила я напряженно.
– А после академии я… не знаю, – потупился Фрино, и тут же засуетился. – Так, надо бы как-то навести здесь порядок… я… в общем пойду поищу Якоба. Увидимся еще…
И он как-то слишком поспешно удалился, оставив нас с Эйнаром вдвоем. Говорить нам было не о чем, и нортейлец побрел к двери, перешагивая через разбросанные вещи.
– Слушай, – я не выдержала и окликнула его, – ты ведь… умнее меня. Опытнее в таких вопросах. Что мне делать?