Алиса Рудницкая – Сталь и шелк. Акт первый (страница 13)
Интересно, что бы сказала моя матушка, если бы увидела, как я пою на улице с каким-то бродягой?
Ощущая веселую вседозволенность, я решительно кивнула. Я свободна и могу делать что хочу. Даже если это чудно.
– Ты начинай, а я подхвачу, – кивнул парень.
Чуть поразмыслив, я решила спеть свою любимую балладу об одном очень известном рыцаре. Голос у Яны был непривычно низкий, впрочем, песне это только придало особо интересное звучание. Я даже подумала, что спой я это в своем облике – не вышло бы так красиво. Мне только романтические баллады о несчастной любви петь.
“Жил рыцарь лихой,
С кривою ногой.
Он всех вызывал на бой.
И падали люди,
И падали звери,
В неравном бою.
И был раздол воронью…”
Парень постепенно втянулся, неведомо как подобрав ритм. Люди проходили мимо нас, с улыбкой бросая в шляпу монетки и бумажки. Когда я закончила, парень присвистнул.
– Ну удивила, – сказал он. – Красавица, ты сделала мой день! Только вот ты никуда не торопишься? Неужто на работу не надо?
От его слов моя радость потухла. А ведь действительно – Яне, возможно, нужно было идти на ее странную работу. Однако, чуть подумав, я решила, что все равно ничего не могу с этим поделать, и покачала головой:
– Нет, не нужно. Я совершенно свободна… сегодня.
– Слушааааай, – потирая руки, предложил парень. – А не хочешь еще спеть? Накопим деньжат и пойдем пить, гулять, развлекаться. Что скажешь?
И я уже готова была согласиться, назло оставшейся где-то в другом мире матушке… как вдруг кто-то окликнул меня:
– Яна, ты чем тут занимаешься?
Я даже не сразу поняла, что это мне. Однако крик повторился, и я осознала – а ведь точно, я теперь Яна. Обернувшись, я увидела рыжего стройного парня, лицо которого украшала россыпь веснушек. И на этом лице застыло удивление.
– Ну вот, а уже думал, что встретил свою судьбу, – засмеялся музыкант.
– Боже мой, я тебя еле узнал, – удивленно вытаращил на меня глаза рыжий незнакомец. – Ты часом крышей не поехала из-за увольнения?
И тут меня осенило. Точно, Яна рассказывала об этом парне! Как раз и внешность примечательная. Как же его зовут… Каша? Киша?
– Да нет, я просто веселилась, – ответила я как можно увереннее, спасая репутацию подруги.
– И имидж, смотрю, сменила, – удивился парень. – Непривычно так. Ох, Яна-несмеяна, артистка ты, вот что я тебе скажу.
Я на это только неуверенно улыбнулась, решая, как же мне быть. Впрочем, этот самый Каша решил все за меня… или он все же Куша?
– Пошли-ка прогуляемся, – предложил он, шустро хватая меня под локоток. – Расскажешь мне, что у тебя стряслось.
Все, что я успела сделать – это махнуть рукой на прощание дружелюбному музыканту. Он ответил мне натянутой, разочарованной улыбкой. Неужели я ему понравилась? Или не я, а Яна? Чудеса, да и только.