Алиса Рудницкая – Сталь и шелк. Акт первый (страница 101)

От упоминания знакомого, уже набившего оскомину имени, я вздрогнула. Так Малум — демон? Мы с Яной испуганно переглянулись. Вальдор снял свои очки, подышал на них, протер платком и снова нахлобучил на нос.

— Так, выговорился. Может даже что-то полезное вбил в ваши головы. А теперь откройте учебники по географии, — сказал он уже гораздо более уравновешенно. — Краткая лекция о демонах окончена, а общую программу никто не отменял…

Глава 28. Абигейл (2)

Конца занятия я еле-еле дождалась, и тут же обрушила на Яну все то, что меня беспокоило. То, что Малум — демон, способный перемещаться из тела в тело, напугало меня до чертиков. Меня даже начало немного потряхивать.

— Яна, а если он сидит во мне, этот Малум? — вцепилась я в руку подруги. — Что тогда делать? Как его из меня вытаскивать?

— Эй, да не причитай ты так раньше времени,  —  Яна меня приобняла и зашептала на ухо:  —  Еще ничего не известно. Этот Малум черт знает когда и где жил. Откуда ему в тебе взяться, если подумать. Может... ну, может у вас просто... характеристики похожие. Он был учеником Торна, наверняка хорошим алхимиком, а это старик и в тебе заметил.

— Да, ты права, — тяжело вздохнула я, хотя сама в свои слова верила слабо. — Еще ничего не известно. Вот сейчас… сейчас пойдем и спросим. Как все же хорошо, что магия позволяет говорить с покойниками. Жаль, правда, что не успела спросить Торна при жизни...

— Яна, ты чего это записала старикана в покойники? — перебил меня случайно оказавшийся рядом Орсон. — Он ведь просто болеет.

Я прикусила язык. Припомнилось, как Орсон суетился вокруг Торна, как расстраивался после. Вроде как они были еще до академии знакомы и старик для него много значил. Я уже хотела соврать ему что-нибудь, отшутиться, но тут к нам подошел Мрамор, который не слышал, видно, сказанного Орсоном.

— Так что, мы идем вызвать дух Торна сейчас? — спокойно спросил он у меня. — Или сначала пообедаем?

Яна рядом сокрушенно простонала:

— Слово “тайно” тебе не о чем не говорит?   — раздраженно поинтересовалась она у Мрамора.

— Извини, — потупился Мрамор.

— Да ладно уж, — вздохнула я, поворачиваясь к Орсону. — Никому не говори, идет?

— Только при условии, что вы возьмете меня с собой, — нахмурился вампир. — Очень хочу поржать над вами, когда никто не явится. Дед — жив. Он не мог так просто умереть.

И Орсон непреклонно упер руки в боки. Было видно, что его не переубедишь. Я тяжело посмотрела на недовольную Яну.

— Что делать будем?

— Идем с нами... — кивнула она Орсону.  — Только будешь не со стороны смотреть, а принимать полноправное участие. Нам как раз в идеале нужно три мага для ритуала. А мы с Эби, как инициаторы этого развлечения, будет только командовать и вопросы задавать.

От сердца у меня отлегло. Все же я считала, что Орсон достаточно хорошо был знаком с Торном, чтобы узнать правду. К тому же, наверняка, они хотели бы сказать друг другу что-то напоследок. С одной стороны, посвящать в наши тайны еще одного человека не хотелось. С другой — Яна сама говорила, что чем больше магов, тем безопаснее ритуал.

Подошла Брусника, поздоровалась со всеми и звякнула перед нашими носами чуть окислившемся старым ключом.

— Раздобыла, — заявила она. — Где — не скажу. Он отпирает старое общежитие. Ну что… идемте?

И мы пошли. Вышли из главного корпуса и направились в сторону увитого виноградом здания. Всю дорогу я чувствовала на спине чей-то взгляд, однако списала это на расшалившиеся нервы.

Отперев громоздкий замок на старом общежитии, мы вошли внутрь. Со дня нашей ночевки здесь, кажется, никто не появлялся. Все покрывали пыль и паутина. Здоровые пауки по углам пугали даже больше, чем то, что нас могут поймать и сильно наказать, лишив баллов.

Для сеанса общим голосованием был выбран просторный холл с четырьмя поддерживающими потолок колоннами. Брусника заклинанием избавила от пыли пол и мы расселись прямо на свои сумки с учебниками. Было прохладно и влажно, где-то на втором этаже надоедливо капала вода. Зябко ежась, я жалась к Мрамору. Все же приятно, когда у тебя есть друг, об которого можно погреться. Мрамор же был всегда ненормально теплым, почти горячим, вот уж с кем точно зимой не замерзнешь. Большая такая милая грелка.