Алиса Рудницкая – Попаданец для драконши (страница 73)

— А… — отмахнулась Лука. — Северяне. Северный наместник выступал против того, чтобы… ик… Ласлу выдали за греча. Подослал убийц — их, северных. Мало как-то совсем… но они пробрались и убили всех. Убили их величество короля и королеву, убили кронпринта и младшего… Одна только наша Л… асла спаслась. Хотя и ее долго за труп считали. Они напали прямо после дня рождения Ганса. Маскарад был… он всегда любил маскарады, наш маленький добрый принц. И как только наемники порешили королевскую чету подошли войска северной провинции Вадгарда… и штурмовали столицу. Развели костер на площади и пять трупов в масках показательно сожгли.

— Но как же Ласла обратно отвоевала трон?

— Людей собрала, — пожала плечами Лука. — С ней кстати и сон Теаган был. Они ж с академии магической были… да хрен их знает. Возлюбленные не возлюбленные, а любовники однозначно. Собрали наместников и отбили столицу. Отбили, короновали Ласлу как первую королеву на кете… я долго поверить, помниться, не могла. Думала — тупые слухи, бредни. Где это виданно — бабу на трон посадить?! Но ведь, сучка, села… и сидит до сих пор. И всех остальных подстрекает! Вот ведь где огненная женщина. Эх… нашла бы эту падлу, этого Эрика… уничтожила бы собственными руками.

— Не понимаю… если Ласла с Эриком были так дружны — то почему? — вздохнул я. — Почему он так ей подгадил?

— Да кто его знает, — махнула рукой Лука. — Она ведь его графом сделала, наместником. Фактически всю северную провинцию ему подарила. Ездила к нему иногда… а однажды вернулась уже в маске. И сразу после этого сразу же война грянула с гречами. Она даже не успела попытаться… ну как это сказать… побыть доброй. Ей сразу пришлось вести людей в мясорубку. А страна не оправилась еще от восстания. Ну и… гречи этим воспользовались, падальщики-тухлоеды… Напали со слабого запада, взяли штурмом западные порты. Мужики проиграли, передохли все… ей бы сдаться, Ласле-то. Но она не сдалась. Она набрала женщин вроде нас с Джус. И сама с нами, маленькой армией, двинулась на напавших гречей.

Лука посмотрела на меня и расплылась в потрясающей, восхищенной улыбке:

— Ласла была как… не знаю, как ведьма какая-нибудь, как порождение самой тьмы, самый страшный кошмар! Она выходила в первых рядах армии… и снимала маску. И гречи падали, не понимая, что происходит толком. Они с Джус выдумывали планы один безумнее другого. И это работало. Они мыслили нестандартно, не схемами из учебников. Они брали неожиданностью, хитростью, подлостью и побеждали. Они скинули гречей во тьму, согнали их с материка… и поплыли на них, забрав их же флот и сымитировав отступление. Мы жали их… жали, пока они не заскулили, прося пощады. Греческий король перед нами четырьмя — мной, Ласлой, Джус и Элли — валялся на коленях облизывая наши сапоги. А наша королева просто пнула его, развернулась и сказала — уходим. Они заплатили такую, мать его, дань, что сейчас их делянка загибается, пожирая сама себя…

— Мне слов не хватит, чтобы описать как это круто, — улыбнулся я ей. — Поверить не могу, что это действительно было и вы — в этом участвовали. Но… я не понимаю, почему нельзя было амнистировать Элли сразу после войны? Какая была разница?

— Н… нельзя было, я ж тебе говорю, дубина, — постучала мне по голове Лука, которая, кажется, вот только-только говорила взахлеб. — Говорю же — злые бабы. Злые, блин, бабы были злы на дезертиров. К тому же ты сам подумай — какой позоооор для Элли. Нет… он через пять лет хочет, как порядочный человек, а это ношение женского тряпья… типа… наказание. Наказание за ди… дезертирство.

— Ну ладно, ладно, я понял… — пробормотал пьяно я. — Спасибо, что разъяснила. А то я честно думал, что народ поднялся просто на мое ооообожаемое семейство… Все мне т… твердят какие Розалинды были гадкие. Что няня эта, что на пиру правители…

— А она и была! — Лука еще залила в себя алкоголя. — Кроль этот, как там его… Кобальт сон Розалинд… нет. ты не подумай, народ его любил. Розалинды всегда были хороши… ну, как короли и королевы. Но говорят — хотя я это только по разрозненным слухам знаю — люди они были хуже дерьма собачьего. Потому на их фоне так любили тебя…