Алиса Рудницкая – Попаданец для драконши (страница 68)
— Да, мой милый сон? — подняла расстроенный взгляд от вышивания Альти. — Что угодно сделаю, только бы вам стало чуть получше.
— Хмн… — я смутился. — Не могла бы ты сегодня оставить меня на ночь одного? Меня ведь все равно стражница охраняет.
— Разумеется! — подозрительно быстро согласилась Альти. — Ох…. мне стоило бы почаще вас оставлять одного! Простите меня, я такая глупая. Глупая-преглупая Альти, которая хотела окружить вас заботой, а в результате не давала и минутки на то, чтобы уединиться, и…
— Ты ни в чем не виновата, — покачал я головой. — А теперь иди. Тебе есть, где переночевать?
— Да-да, разумеется. В крыле слуг очень много свободных коек и комнат, к тому же у меня есть и собственная каморка… Не волнуйтесь обо мне, мой милый сон. Я хорошо-хорошо отдохну и приду к вам на рассвете. И буду оставлять вас теперь почаще.
Она быстро подошла ко мне, взбила подушку, заглянула в глаза. Помешкав, по-дружески поцеловала меня в лоб и, развернувшись, подавленно побрела к двери. На пороге Альти обернулась, натянуто мне улыбнулась и, потушив лампу, вышла.
Я устало прикрыл глаза. Столько всего за один день. Вроде же думал, что все успокоится. Надеялся, что мирная жизнь в другом мире войдет в медленное, рутинное русло, которое даст мне отдохнуть и успокоится… но увы. Увы, события вновь начали сгущаться. И я чувствовал, будто что-то надвигается на меня, давит, душит…
Мимолетное видение было расплывчатым. На меня смотрел из темноты человеческий череп без нижней челюсти. Он был почерневшим, будто обуглившимся, и в его глазницах светились голубые искры. Этот череп плыл на меня, становился все ближе, и ближе, и ближе. Он приближался, пока мой нос не вошел в дыру, что была вместо его носа, пока мои глаза не оказались вплотную к голубым искрам… и…
Из кошмара, в которое я так неожиданно провалился, меня вырвал стук в дверь. Я судорожно, испуганно втянул воздух от неожиданности. Совсем стемнело, и комната выглядела не слишком дружелюбно. Огонь в камине потух, оставив лишь легкий запах древесного дыма. Тело онемело от того, что я долго лежал в одной позе.
Стук повторился — чуть менее настойчиво, тихо, еле слышно.
— Войдите, — попросил я.
Дверь приоткрылась и в комнату заглянула та, про кого я успел забыть в этой суматохе.
Рыжая рысь, Камилла. Стройную фигурку, застывшую на пороге, обрамлял льющийся из коридора свет, превращая девушку в безликий силуэт, но я все равно узнал девушку.
— Простите, что так поздно, сон Розалинд, — извинилась она тихо. — Я вас разбудила?
— Спасла от кошмара, — признался я, а потом, не желая оставаться в темноте в одиночестве, попросил. — Посидишь со мной? А то вдруг этот страшный сон еще не совсем ушел, а просто притаился и ждет, когда я снова усну.
— Не волнуйтесь, я не дам этому случиться, — девушка приняла правила игры и вошла, тихонько закрыв за собой дверь. — Я ведь рыцарь. Итак… как вы думаете, что прогонит кошмары? Может, стоит зажечь свет?
— Только если очень тусклый, — попросил я. — Голова болит.
Голова действительно побаливала — видимо крепко я сегодня ударился. Спина тоже неприятно ныла, и я помянул тот неприятный хруст, что услышал сегодня днем. Только бы не было никакой трещины или нового защемления! Только бы не было сотрясения мозга. Только этого мне сейчас не хватало — снова заболеть, когда только-только все начало налаживаться.
— Тогда я разожгу огонь в камине, — сказала рыжуха, споро схватила несколько поленьев и бросила их на холодный пепел. — Огонь, тепло и свет — лучшее средство от омни.
— Омни? — спросил я отстранено.
— Вы не помните даже таких простых вещей?
— Пожалуй… если бы я помнил — то не спрашивал бы.
— Детки… птенчики тьмы-птицы, появившиеся из тех перьев, что она потеряла. Они питаются хорошими снами и оставляют после себя плохие.
Рысь немного помолчала, разбираясь с камином. Пара минут — и внутри весело затрещал огонь, перекинувшийся с розжига на сухие поленья. Справившись с камином, девушка встала и обернулась ко мне.
— Спасибо вам, — сказала она тихо. — Я и надеяться не могла на то, что вы меня так выручите с мечом.