Алиса Рудницкая – Попаданец для драконши (страница 65)

Я на это не нашел, что сказать. Ее мнительность и подозрительность чуть раздражала… но я пришел к выводу, что для рыцаря это не так уж и плохо. Наверное даже наоборот — хорошо. К тому же Ласла правда под прицелом… надо прислушаться и быть настороже.

Мы плавно начали спускаться вниз. Нам уже махали из гостевого зала стражницы. Туда-то Кая и спикировала. Множество рук схватило нас, замедлили наш полет, поставили на пол, отряхнули. Меня отняли у сипухи, осмотрели на предмет повреждений, и тут же споро утащили, не дав и слова вставить.

— Эй, я даже ее не поблагодарил! — поругал я несшую меня стражницу.

— Сон, змеи и совы просили как можно скорее перенести вас в вашу комнату, — пропыхтела девушка. — Они хотят удостовериться в том, что вы не пострадали. Проявите терпение.

— Да, прости, ты права, — тяжело вздохнул я. — Позже ее поблагодарю…

А потом были хлопоты. Меня беспокойно, тщательно осмотрели на предмет повреждений. Впрочем, я отделался легким испугом, парой царапин и шишкой на лбу. Ну и спина от удара об дверь гарема побаливала. Но в остальном — я ощущал себя нормально. Потому я очень удивился, когда меня заставили напиться снотворного и завалиться спать.

Однако беспокоило не только странное поведение змей. Нет!. Больше я удивился тому, что никто не прибежал посмотреть, что со мной случилось. Ласла не пришла… и это как-то даже пугало. Как-то по-глупому я вспомнил, что не видел ее уже три дня и уснул, думая о том, все ли с ней в порядке.

21. Открытый финал

Снилась мне Ласла. Ласла без маски, без своей королевской надменности… ну заодно и без одежды. Красивая королева, самая прекрасная женщина на свете. Мы были в моей квартире, дома, и мы целовались, целовались, целовались… пока я не проснулся и не ощутил себя самым большим идиотом на свете.

«Нельзя, придурок, — поругал я самого себя, переворачиваясь на бок, чтобы под одеялом не было видно последствий весьма пошлого сна. — Нельзя в нее влюбляться! Она же тебя прибьет, если узнает. Да и какая ты ей пара? Ну да, ты единственный, кто может смотреть на нее без маски, но…»

— Ох мой милый сон, вы проснулись? — защебетала Альти. — Вы всех нас так напугали! Лука приходила, маги приходили, змеи приходили, все желали вам поправиться. Вы кушать хотите? А пить? А…?

— Мое кресло привезли? — спросил я, перебив ее. А то знаю я Альти — она если завелась, то еще тысячу вариантов мне подкинет, пока успокоится.

— Да, конечно привезли! — она быстро подтащила ко мне кресло. — Теперь совы сказали, что вы даже по лестницам сможете ездить! Вы хотите в туалет? Зачем вам кресло, полежите еще немного!

Я пошевелился… и ощутил приглушенный укол боли в позвоночнике. Это мне совершенно не понравилось. Зато возбуждение как рукой сняло… хоть какая-то польза от моей болезни. Морщась, я сел на постели, тоскливо глянул на кувшин с водой. Альти поняла все без слов. Я попил, сжевал печенье, а потом спросил:

— Ты знаешь, где находится гарем?

Стыд — одна из вещей, которая частенько не давала мне ни спать, ни спокойно жить. Потому извиняться я пытался пораньше, желательно до того, как стыд начнет грызть. Потому я решил не откладывать в долгий ящик извинение перед гаремом за разбитое окно и перепуганных девушек.

— О, удивляюсь вашей энергичности, сон! — смущенно улыбнулась Альти. — Не успели проснуться, а уже в гарем…

— Я хочу съездить извиниться, — обиделся я. — Послушай, неужели я так похож на извращенца, который бы стал спать с девушкой, которую совсем не знает?

— А при чем здесь извращение? — удивилась Альти. — Гарем, он на то и нужен, чтобы…

— Хватит, — остановил ее я, закатив глаза. — Я иду туда не за этим.

— Как скажете, о мой милый сон, — защебетала еще больше смутившись служанка. — Сейчас я помогу вам одеться!

Надо сказать, даже мысль о нормальном человеческом сексе вызывала у меня раздражение. Еще бы — у меня не было девушки с тех пор, как я оказался прикован к инвалидной коляске. Я был совершенным нулем как мужчина. Ну ладно… не нулем. Бревном с торчащим вверх сучком. Естественно, что такая прелесть мало кому была нужна. И естественно, что меня в связи этим одолевали комплексы и чувство неудовлетворения.