Алеса Ривер – Теневая сторона (страница 18)
Мы услышали резкий вдох! А затем грудная клетка мужчины стала медленно подниматься и опускаться на вдохе и выдохе. Присутствующие зааплодировали и расселись с облегчением на диваны. Оказывается, вокруг нас была толпа народа, которую сдерживали официанты. Только я не могла себе позволить расслабиться. Я все еще держала трубку для его дыхания и, одновременно, зажимала рану, чтобы он потерял меньше крови. Он открыл глаза и хотел что-то сказать, но я его остановила.
– Молчите! Вам нельзя говорить! У вас произошел отек дыхательных путей на фоне аллергической реакции. Моргните два раза, если слышите меня, – обратилась я к пострадавшему. И он послушно моргнул два раза.
– Ты просто ангел. Я пойду встречу скорую, – шепнул мне на ухо Пабло, и ушел вниз. Я осторожно переползла с пациента и села рядом с ним, не отнимая рук от его горла. Подняла голову на сидящего рядом на стуле администратора:
– Надеюсь, полиция уже едет?
– Зачем полицию? Это же просто аллергия! – сказала девушка, что была с пострадавшим.
Я не обратила внимания на ее слова и смотрела на администратора, который мне кивнул и сказал:
– Простите меня, сеньорита. Я не думал, что такая молодая девушка может быть уже доктором. Я боялся, вы его убьете. А вы спасли человека! У него аллергия на орехи. Но мы не заправляли его салат ничем подобным, а сейчас я…
– Тсссс, – попросила я его молчать, скосив глаза на девушку, сидящую напротив него и еле сдерживающую истерику. Он все понял и замолчал.
Спасатели на скорой прибыли.
– Кто вы? – спросил у меня хмурый мужчина.
– Я доктор Солер. У мужчины отек дыхательных путей. Он задыхался. И я выполнила трахеостомию. У него была остановка сердца.
– Но вы – интерн! Я знаю Вас, вы только поступили в ординатуру. Вы не имели права рисковать пациентом проводя операцию! – зло выговаривал мне врач, помогая убрать руки и закрепляя трубку медицинским скотчем.
– Я знаю. Но он умирал, – встала я на ноги.
– Вообще-то девушка спасла ему жизнь. Он не умирал, он уже умер. Задохнулся! Но она его реанимировала, одновременно удерживая эту трубку! – возмутился администратор ресторана.
А вот мой пациент нашел в себе силы и сжал мою руку своими пальцами. А в его глазах я увидела благодарность без слов. От этого взгляда мне даже стало менее страшно от предстоящего разбирательства на работе.
Врачи из бригады скорой помощи переложили его на носилки и увезли. А врач повернулся ко мне:
– Ваше счастье, если он выживет, доктор, – скривился он на последнем слове. – Я доложу о Вас руководству, но, должен признать, справились вы на отлично, сеньорита.
Далее все было, как в тумане. Почти сразу приехала полиция и устроила допрос всем. Девушку пострадавшего схватили. У нее в чулках оказался маленький бутылек с ореховым соусом, который выпал при ее попытке к бегству. Администратор и сюда меня приплел, сказав, что я намекнула на возможную причастность девушки. Полиция нас отблагодарила и уехала. А администратор от заведения подарил нам корзинку еды и шикарное вино Маркес де Касерес, намекнув на романтическое продолжение ночи.
Мы вышли на улицу, и я вдохнула полной грудью. Я все еще не могла осознать две вещи. Я, правда, спасла человека! А вторая мысль была о его воскрешении. Он же точно умер. А потом этот магический ток? Неужели я еще и как ведьма могу спасать жизни?
«Сам в шоке! Но ты, серьезно, вытащила его с изнанки. Успела в последнюю минуту, правда, но успела!» – услышала я Киарана. В его голосе я слышала улыбку и удивление.
«Ты так не верил в меня?»
«Наверное, да. Но теперь я верю в тебя. У тебя большой потенциал. Ладно, отдыхай. Но смотри, не позволяй этому … ничего лишнего.» – сказал он, назвав Пабло совсем не печатным словом.
Странный он, всё-таки, то ругает меня постоянно. То ведет себя так, будто ревнует. Был бы он материальным и живым, я бы подумала именно так.
– Я предлагаю попробовать завершить этот вечер более приятным образом. Давайте встретим рассвет на берегу реки?
– О, это будет безумно романтично, – засмеялась Катрин и прилипла в жарком поцелуе к Хосе.
– Слушай, они точно познакомились вчера утром? – смеясь, сказал Пабло.