Алеса Ривер – Дочь валькирии (страница 5)

– Леся, подожди. Ты все не так поняла. У нас ничего не было! – услышала приближающийся голос Алексея.

      Я в один миг поняла, чего хочет мое сердце. Обернулась к спешащему ко мне предателю, улыбнулась и помахала рукой. Отвернувшись, я перешагнула через раму, сразу попав кроссовком в воду, и сделала второй шаг. За моей спиной, с негромким журчанием, окошко сузилось и исчезло. А я оказалась стоящей по колено в воде, глядя на пальмы и скалы в конце пляжа. Где же я? И что же я наделала?!

       Но только я вышла на берег, как передо мной возникли еще две картины, застывшие в воздухе. Не могут же это быть порталы из сказок! Из каждого вышли по три женщины. Они были очень молоды красивы, но странно одеты: в кожаной одежде коричневого цвета. На ком-то – короткое платье, на ком-то – шорты, как на мне джинсовые, только из кожи.

– Мы почувствовали переход из другого мира. Кто ты? – сделала шаг вперед одна из женщин, держа в руке огромный кинжал.

– Не понимаю, о чем вы. Мое имя Леся Ферова. И я не знаю, как очутилась здесь. – Ответила честно, начиная значительно нервничать.

– Не лги мне… – начала она, но ее вдруг остановила другая женщина, чуть старше.

– Рандгрид, подожди, – мягко попросила вторая женщина и подошла ко мне ближе, – откуда у тебя этот медальон?

– Перешел ко мне после смерти мамы, – ответила я.

– Мое имя Регинлейв, – подошла ко мне на расстояние вытянутой руки вторая амазонка. Почему-то мне захотелось их так назвать, – скажи, можно поближе увидеть твой медальон?

– Да, но придется подойти, он не снимается. – Сказала я, и женщины тут же многозначительно для них, конечно, переглянулись.

Эта Регинлейв подошла и, сжав в руке медальон, что-то прошептала. Тот ярко озарился сиянием, одновременно с ее медальоном, и она выдохнула: "Родная кровь".

– Что это значит? – тихо спросила я с удивленными глазами.

– Это значит, что ты наконец-то дома, Каллисто Ферроу. Мы искали тебя, – тепло улыбнулась мне Регинлейв, – я – твоя тетя. Твоя мать была моей родной сестрой.

– Добро пожаловать на остров Мист, что значит туманный. Здесь мы готовим валькирий для перехода в Вальхаллу, – подошла к нам девушка, очень похожая на ту, что назвала себя моей тетей, – мое имя Хильд, и я— твоя кузина, похоже. – Представилась она с приятной улыбкой на лице и обняла меня.

Сказать, что я была в шоке, значит ничего не сказать. Валькирии? Я – валькирия? У меня есть семья? Не может быть, наверное, это развод. Я неосознанно сделала шаг назад, и все женщины разом нахмурились, кроме девушки Хильд:

– Ты боишься и не веришь? Тогда задай себе простой вопрос, как ты здесь оказалась? Ты ведь сама открыла портал, судя по нему, у тебя стихия воды. Давай попробуем что-нибудь сотворить?

– Хильд! Я не думаю, что… – начала Регинлейв, но ее перебила первая валькирия Рандгрид.

– Пусть пробуют, быстрее вернемся уже в деревню и избежим истерик.

Та, что назвалась моей тетей покорно кивнула и отошла от нас, оставаясь все так же на берегу. Хильд мне ободряюще улыбнулась и шагнула в воду ко мне ближе:

– Не бойся. Смотри, у меня стихия воздуха. Я покажу, а ты повтори с водой. – Она сделала несколько пассов рукой и на ее ладони оказался мини смерч, даже темное облако над ним выглядело натурально. – Главное, поверить в магию, и в то, что вода тебе подчиняется. Почувствуй силу внутри себя. – Она почему-то приложила руку к моей диафрагме. Значит, средоточие силы там?

     Поверить в магию? Но почему бы и нет. Ведь я вошла в неизвестно как появившееся окно посреди степи, а вышла вообще на океанском пляже. Не это ли магия? Я закрыла глаза и представила, как вода предо мной расступается. И на гребне волны ко мне плывет дельфиненок. Я открыла глаза после того, как что-то кольнуло мою руку. Передо мной и Хильдой выросла стена воды. Мы уже стояли не на берегу, а на дне, где была вода недавно. Выходит, вода все же расступилась по моему желанию. Справа и слева от меня она стояла стеной мне по грудь. Из толщи мне в руку тыкался мордой почти дельфин. Похож, только рог на носу и акульи зубы видны. А вместо передних плавников лапки с перепонками. Я поднесла к нему руку, и он до крови проткнул ее, рана же, засветившись и исчезла.